Книга Золотая тьма. Том 3, страница 63 – Игорь Осипов

* * *

— Готово! — проговорила волшебница, вставая с земли.

Генерал глянул на часы. На работу с магической схемой ушло почти сорок минут. Небесная Пара уже коснулась края неба с его валом облаков. И теперь они казались не вспашкой, а тестом, которое лезет через край кадки. И оно медленно пёрло и поднималось дальше.

Ночью, поди, опять дождь пойдёт. Вон — и так уже ветер усиливается. Надует чего-нибудь.

Меж тем Николь-Астра вытянула перед собой руку раскрытой ладонью вниз. И пару секунд спустя всё, что было нарисовано карандашом, вспыхнуло так же, как и на дощечке-цере до этого, только масштаб был гораздо больше.

Затем линии и символы медленно поплыли вверх, пока не замерли объёмной фигурой размером в гараж.

Астра резко стиснула руку в кулак, и фигура сжалась в яркую точку в метре над ящиком снарядов, словно звезда в сингулярность. И это была не фигура речи, ибо в момент сжатия даже воздух рванул к середине многограммы.

Порыв был такой, что вздрогнули длинные волосы женщины, да и сама она сделала маленький шажок, дабы удержаться на ногах.

По ушам прокатилась тугая волна. Но гудящий, как шторм, порыв даже не думал прекращаться. Будто точка втягивала в себя пространство вместе со случайно пролетавшими мимо вечерними комарами и мошками. И осенними листьями, которые казались страницами, вырванными ветром из книги заклинаний. Волосы рвались к центру воплощаемых в реальность чар, Астра морщилась и поджимала губы. Трава на поляне пригнулась в сторону ящика.

На доме распахнулись окна, да так, что на одной створке от удара об стену стекло разбилось и со звоном больших обломков и шелестом мелких кусочков посыпалось на отмостку.

И только сейчас генерал понял, что всё виденное ранее — всего лишь цветочки. А настоящая высшая магия — вот она.

Ведь даже сидящие под крышей домика феи жалобно запищали, затыкая уши ручонками. Некоторые солдаты открыли рты, выравнивая давление, как в самолёте на высоте.

И вдруг всё прекратилось.

Опали волосы, закружились не успевшие провалиться в никуда листья.

Снова стали слышны шелест леса, писк комаров и дыхание людей.

— Ни хрена себе, — донёсся со стороны удивлённый голос одного из бойцов.

А точка внезапно распалась на множество поменьше и стала опадать на раскрытый ящик, словно первый снег. И снежинки впитывались в боеприпасы, по которым в эти мгновения пробегали белёсые всполохи.

Земляне бы сказали — компиляция чар закончена.

— Хрен ли стоим? — тут же заорал Пётр Алексеевич. — Заряжаем!

А сам быстро подошёл к Астре и наконец-таки накинул на неё простынь, скрывая от чужих глаз.

К ящику молча подбежала пара солдат, которые с усилием оторвали тару с боеприпасами от земли и, покраснев от натуги и быстро перебирая ногами, потащили к боевой машине десанта.

Там через отборный мат и с лязгом железа по железу стали затягивать тяжеленную ленту наверх — в башню.

Зашипела рация, отзываясь едва понятным через шум докладом с базы.

— Принял, — проронил в неё генерал и посмотрел на волшебницу. — Я тоже готов.

— В осаду они нас взяли, — пробурчал Пётр Алексеевич и сплюнул на траву: — Осаждалка ещё не выросла, осаждать.

Он быстро подошёл к боевой машине десанта, на которой командир сунулся головой в люк, словно в прорубь, и что-то там рассказывал наводчику-оператору.