Книга Снова 20 в Академии Магии, страница 7 – Дарья Адаревич

— Господин Говорун, – Роб бесцеремонно касается затылка Говоруна.

Я ожидаю бурной реакции, возмущений, проклятий, но Говорун ведет себя на удивление спокойно. Говорун? Да он не выносит, когда в его книгу кто–то случайно заглянет, ни в жизни не поверю, что такой человек так запросто впустит инквизитора в свои мысли. Роб отступает.

— Какие–то проблемы, господин инквизитор? – интересуется Говорун.

— Блок, – бросает Роб недовольно.

Я могла бы и догадаться. Прячу усмешку. Ментальный блок.

— Знаете ли, господин инквизитор, – начинает Говорун беспечно. – Я спятил. Магия порой сводит людей с ума, особенно иллюзорная магия. А блоки – наше единственное спасение, наша единственная возможность сохранить хоть часть рассудка.

Оставаясь крайне недовольным, Роб широким шагом подходит прямо к доске и молча выводит неизвестные мне руны дверей. С любопытством рассматриваю, как ловко он орудует левой рукой. Для правши–то потрясающе. Когда Роберт только получил травму, он не умел писать левой рукой. Совершенно. А теперь… руны выводит. Наконец с руной покончено и инквизитор, прикрыв глаза, начинает вслушиваться. Я мало знаю об инквизиторских штучках, но говорят, у них есть два режима поиска информации – непосредственная, при личном контакте, и дальняя, когда они могут читать не столько мысли, сколько намерения и страхи на расстоянии. Видимо, этим сейчас и занимается Роб, пытаясь услышать особенно обеспокоенного студента.

В голове колотится. Надеюсь, он не почует мою обеспокоенность. Пожалуйста, только не это.

— Уходим, – Роб резко открывает глаза и шагает на выход из кабинета.

— Продолжайте, пожалуйста, – командую присутствующим и следую за Робом.

Чем быстрее найдем треклятую машину времени, тем быстрее Роб свалит отсюда в свою инквизиторскую нору и перестанет мозолить мне память и глаза.

— Это Говорун, – инквизитор резко поворачивается на меня сразу же, как только мы выходим за дверь.

— Да. Это был профессор Говорун, еще бы ты его не узнал!

— Ты не поняла. Говорун связан с исчезновением машины времени.

— Ну, конечно. Профессор, который отчислил тебя двадцать лет назад виноват. Да–да.

— Я серьезно, Диана.

— Ты просто хочешь отомстить бедному дедушке.

— Говорун никогда не был бедным.

— Стариков обижаешь? Этому учат инквизиторов?

Вижу, как он закипает. Признаться, есть что–то извращенно приятное, чтобы довести Роберта. Хоть немного в отместку.

— Дело не в мести, – говорит Роберт. – Он подозрителен.

— Говорун спасал остатки разума, – не верится, что приходится пояснять. – Ему запечатали сознание. Это ничего не доказывает.

Роб молчит и смотрит на меня взглядом, в котором явно читается: «Время покажет». Вот именно, что покажет. Говорун будет ни при чем.

— Но он действовал не один, – продолжает Роб. – Я уверен в этом. Волны страха исходили с первого этажа, там у актового зала.

Актовый зал… Эти простые слова обрушиваются на меня лавиной. Я спокойно принимала Академию, спокойно жила здесь и взаимодействовала с преподавателями, но актовый зал… Туда я старалась заходить как можно реже, актовый хранил слишком много воспоминаний про Роба. Он был его местом, и даже время и три ремонта не смогли это изменить.

— Думаешь, в актовом кто–то прячет машину времени? – говорю отстраненно, а дышать–то все сложнее.