Книга Снова 20 в Академии Магии, страница 1 – Дарья Адаревич

— Проверка? Прямо сейчас? – спешу по коридору, цокая каблуком.

Этого мне еще не хватало. Вот тебе и доброе утро в Академии. За все годы моего ректорства – это первая проверка из столицы. Что они разнюхивают?

— Кто, говоришь, приехал? – спрашиваю. – Инквизитор?

— Инквизитор ментальной магии. Он уже двадцать минут ждет в вашем кабинете.

Дело – дрянь. Инквизиторы сами по себе люди не особо приятные, а тут с ментальной магией. Раз и мысли твои прочитает. И как ему хватило наглости усесться в моем кабинете? Бесстыжий. Вот только на такого бесстыжего же не накричишь, важная шишка.

— Это господин Иллин, – еле поспевает за мной секретарь. – Будьте с ним повежливее, говорят, он самый непредсказуемый из инквизиторов.

Стоп, что? Резко останавливаюсь. Сердце колотится. Эта фамилия. Фамилия из забытого прошлого.

— Иллин? – переспрашиваю. – Ты сказал Иллин?!

— Эээ… да.

В голове начинает стучать. Я знала только одного Илиона. Роберта Иллина – парня, который сам плевал инквизиторам в спину и не упускал возможности вляпаться в неприятности. Роб ненавидел власть имущих и мечтал перевернуть мир с ног на голову, он не мог стать инквизитором. Невозможно. Это совпадение. Простое совпадение, хватит надумывать лишнего. Сколько людей носят одну фамилию?

Распахиваю двери своего кабинета и вот картинка – господин инквизитор откинулся на спинку кресла, закинув ногу на ногу, и вальяжно перебирает бумажки с моего стола. Не читает, нет. Именно перебирает — лениво, для вида. Подтянутый, с широкими плечами, одетый в безупречный тёмно–синий костюм — явно пошитый на заказ, важный и властный. Позер. Я наконец выдыхаю – это не Роберт. Роб из моего прошлого ненавидел костюмы и формальности, он был бунтарем, который… Смаргиваю подступающие воспоминания. Хватит.

Инквизитор опускает бумаги, и в этом движении — небрежная уверенность человека, которому принадлежит не только кабинет, но и всё, что за его пределами. Эй, мистер важность, ноги бы хоть убрал, я за этим столом работаю. Он поворачивается, встречаясь со мной глазами. Теперь могу рассмотреть его хорошенько. Острый нос, четкая линия челюсти. Волосы зачесаны назад, и замечаю легкую седину на висках. Брови густые, тёмные, взгляд сосредоточенный, немного усталый — как у человека, привыкшего решать судьбы и выносить приговоры. Короткая щетина. Лет сорок, и он… хорош для своих сорока. Смотрю на инквизитора, не сразу понимая, почему не могу отвести взгляд.

И вдруг он усмехается — едва заметно. Уголок губ приподнимается, и мне вдруг становится холодно. Потом жарко. И снова холодно. Голова кругом. Дышать. Главное дышать.

Спустя двадцать лет, изменившийся и ставший важной шишкой, но это он. Роб.

Тот, кто когда–то проворачивал аферы с порталами, продавая билеты в театр в обход законов. Тот, кто входил в подвальные маг-клубы в рваных джинсах, с черной лютней наперевес и играл, прикрыв глаза от счастья. Тот, кто был олицетворением свободы и радости, а для меня – целым миром, пока… Сглатываю. Слишком больно вспоминать наше прошлое. Больно вспоминать, как Роб держал меня за руку, как шептал в волосы, какими сладкими были его поцелуи…

Мысленно повторяю снова и снова – это невозможно. Роберт не стал бы инквизитором, это было бы предательством его сущности. И все же… у кого еще его ухмылка? У кого еще его глаза? В моей жизни нет места совпадениям. Теперь Роба нет, остался только инквизитор господин Иллин.