Книга Дева, муж и свекровь-дракониха, страница 79 – Дарья Адаревич

— Позорница, — ворчит старейшина. — Чего явилась? Снова платья нам принесла?

— У меня просьба. У нас просьба.

Подруга-старейшина давно заметила, что я пришла не одна, но эмоционально делает вид, что только сейчас осознала — а гостей-то у нее больше, чем одна бывшая подруга.

— Мужчину к нам привела, — качает головой старейшина. — Забыла что ли? У нас женская община! Женская!

— Здравствуйте, — улыбается Ловласс обворожительно. — Мое имя…

— Георг Ловласс, — конечно, старейшина помнит человека, взявшего меня в жены. — Помнится, раньше ваш персисский был куда лучше.

— Зато вы отлично выглядите, как и раньше.

Старейшина поглядывает на Ловласса с удивлением и любопытством, оценивает.

— Муж твой? — цокает она. — Не думала, что мы увидим тебя снова. Что-то в тебе изменилось.

Да, это просто другой человек, но выжидаю, что же там старейшина заметила.

— Амелия хорошо на тебя влияет, — говорит она. — Ты стал поживее.

— Радостно слышать.

— Но с твоим персисским — беда, — старейшина сталкивается со мной взглядами, понижает голос. — Кто это такой?

— О чем ты?

— Этот парень не твой муж.

Сглатываю. Вот это старейшина проницательная. Она видела Риза только раз, и смогла понять, что его близнец — это не он. Старейшина хороша. Не зря старейшина.

— Что значит не твой муж? — искренне не понимает Поро.

Говорит она по-персисски. Ловласс смотрит на нее большими глазами, в которых читается: «Да что ж вы все как хорошо говорите на этом персисском!». Старейшина всматривается в лицо Ловлассу.

— Точно, — говорит она. — Другой.

— Ч-что значит «другой»? — ахает Поро.

— Старейшина, послушай… — но слова исчезают, я еще не придумала, что сказать, как объяснить… как? Лгать не хочется, только не ей.

— Отойдем, — с улыбкой Ловласс приобнимает старейшину за талию и отводит прочь.

Шепчутся. Мы с Поро с недоверием наблюдаем за ними. О чем же речь? Слышно, как громко охает старейшина, Ловласс добродушно пожимает плечами. Сверлят друг друга взглядами, и наконец возвращаются к нам.

— Ладно, — говорит старейшина. — Я не буду задавать вопросов. Твой… муж меня убедил. Проходите в библиотеку, только… переоденьтесь, чтобы не привлекать внимания.

Переодеться. Что может быть проще, да? Осматриваем с Поро друг друга. В длинных закрытых платьях и чепчиках мы настоящие подруги-отшельницы, даже Поро.

— Я думала будет хуже, — признается она. — Платье-то модное.

— Конечно, знаешь, как дизайнер старалась!

— Дизайнер? Ты?

Гордо киваю, довольная своей работой. Если уж сама модница Поро оценила, значит все на самом деле отлично!

— Издеваетесь? — о, а вот и Ловласс. — Вы за кого меня вообще принимаете? Я не буду это надевать?

— Он не будет это надевать, — смотрю на подругу-старейшину, с трудом сдерживая смех. — Ты не нарядишь Георга в подругу-отшельницу

— Если он хочет войти в священную библиотеку, то пусть следует правилам. Туда запрещен вход мужчинам.

— Ой, да брось, — кривлюсь я. — Вы эту библиотеку не считаете священной. Туда вообще хоть кто-то заглядывает? Последний раз я туда заглядывала. Я!

— Это традиции, Амелия. Или ты уже позабыла, как мы чтим традиции, — старейшина принимается поправлять мой чепчик, старательно убирая под него выбившиеся пряди волос. — Косы отрастила и все — больше не подруга-отшельница?