Книга Накажи меня любовью, страница 69 – Анна Ковалева

— Как ты там будешь? Где остановишься? — комкаю в руках подол платья, подавляя в себе бушующие эмоции.

— У мамы в Москве живет хорошая подруга. У нее пока остановлюсь. А там посмотрим. Может, с кем-нибудь сниму квартиру. А может, заселюсь в общежитие. Не пропаду, в общем.

— Что ж, тогда удачи тебе…

В каком-то внезапном порыве мы одновременно двигаемся навстречу друг другу, протягиваем руки вперед словно для объятий, но всего в паре шагов замираем, наткнувшись на невидимую преграду. Отныне между нами стеклянная стена, которую не преодолеть. Руки бессильно застывают в воздухе, держась за пустоту. Потом медленно падают вниз. Немая сцена.

Я первая прихожу в себя, отступаю на пару шагов назад и откашливаюсь, пытаясь успокоиться. Делаю вид, что поправляю прическу. Смотрю куда угодно, но только не на Сашку.

— Ян, — прозвучало через минуту, — извиняться не буду, понимаю, что бесполезно. Не простишь. Но позволь хоть с Днем Рождения поздравить. В последний раз. Вот, держи.

Вскидываю глаза и вижу, что в руке у Саши лежит красная бархатная коробочка прямоугольной формы.

В глазах начало все расплываться, а на душе стало так погано, что хоть волком вой. В последний раз… Это не слова, это приговор… Тело застыло, не желая двигаться.

— Можешь не носить, если не хочешь. Просто прими. Пусть лежит где-нибудь на полке. Может, хоть иногда будешь вспоминать старого друга.

Наконец выхожу из ступора и забираю коробочку. Бархат приятно ласкает кожу, но мне сейчас не до того.

— Прощай, Яна. С Днем Варенья тебя. И будь счастлива.

В последний момент наши взгляды вновь пересекаются, но я не успеваю разобрать, что именно вижу в этих голубых озерах. Сашка выходит из комнаты, а я уныло плетусь к тумбочке и запихиваю его подарок в верхний ящик. Потом посмотрю, может быть.

— Саш, а ты куда? — сквозь открытую дверь слышу удивленный голос мамы. — А как же чай с тортом?

— Простите, тетя Марина, мне пора. — с мамой Сашка разговаривает довольно бодро. Даже улыбается, судя по интонациям. — У меня поезд через полтора часа. И родители ждут в машине.

— Значит, ты и правда уезжаешь? Почему? Так неожиданно, — мамин голос резко грустнеет.

— Так получилось. Буду теперь учиться в столице.

— Что ж, всяческих успехов тебе. И береги себя. А как в городе будешь, обязательно забегай в гости.

— Постараюсь…

Дальше я слышу звук закрывающейся входной двери и обессиленно опускаюсь на стул. Пытаюсь осознать произошедшее. Умом понимаю, что Сашка все делает правильно. В столице ему будет лучше, забудет меня, встретит хорошую девушку, женится.

Но почему тогда мне так плохо? Что за странная боль в груди? И с чего вдруг появилось это непонятное чувство невосполнимой утраты? Будто бы лишилась части собственного тела? Как это понять?

Закрываю глаза руками и пытаюсь взять себя в руки. Получается плохо.

— Ну и что это у нас тут происходит, а? Почему именинница мокроту разводит?

Я поспешно отрываю руки от лица, утирая слезы.

— Все в порядке, мам, правда, — угу, жаль только, что голос мой дрожит как машина-развалюха. Выдавая все, что со мной творится. Таким голосом обмануть можно только глухого.

— Вижу я, как все с тобой в порядке, — мама упирает руки в бока и укоризненно качает головой. — В зеркало хоть на себя посмотри.