Книга Накажи меня любовью, страница 66 – Анна Ковалева

Я изгибалась и хныкала, подставляя ему груди для лучшего доступа. Внизу ощущала налитое страстью достоинство и буквально изнывала от накатывающих эмоций.

— Мокренькая уже вся, да, Тая? — прикусывает сосок, вырывая болезненный вхлип.

— Конечно, мы же в воде, вообще-то, — удивительно, как нахожу в себе силы съязвить, хотя толком уже ничего не соображаю. Мозг явно растекся горячим воском по черепной коробке.

— Да? Ну так давай сейчас проверим это на суше, — и с этими словами он вынес меня из воды, разложив на расстеленном полотенце.

Попыталась было подняться, но мне не позволили. А потом последовал новый взрыв сводящей с ума страсти. Я таяла под умелыми руками, извивалась, металась, дергалась, ожидая желанного освобождения. Слышала постыдные чавкающие звуки, которые извлекал из меня Костя словно скрипач, виртуозно играющий на скрипке, и от этого возбуждалась еще больше.

— Давай, Тая. Кончи для меня, — и внутри наконец лопнула струна, заставив тело подергиваться от удовольствия. Мои бедра пару раз дернулись вперед, а потом я обмякла, обессиленно распластавшись на покрытом полотенцем песке.

Сквозь спадающую пелену вожделения заметила, как Костя помогает себе рукой, любуясь моим измученным телом, слушала его рваные стоны и блаженно улыбнулась в конце, когда он тоже получил свой кусочек оргазма.

Некоторое время мы просто лежим, наслаждаясь объятиями друг друга. А я поневоле задаюсь вопросом — если нас сейчас так сильно коротит, то что будет, когда мы доберемся до главного? Вообще бомбой рванет, что ли? При мысли об этом вздрагиваю в предвкушении. Эх, скорее бы уже июль.

— Замерзла? — Костя неправильно истолковал реакцию моего тела, но я не стала его разубеждать.

Он помог мне одеться, укутав вдобавок сухим полотенцем. И вручил чашку чая, который еще оставался в термосе.

— Надо в дом возвращаться, — со вздохом говорю минут через десять. — А то родители искать нас пойдут.

— Давай еще минут пять посидим? Уж больно тут хорошо.

— Да, хорошо — это не то слово, — кладу голову ему на плечо, Костя обнимает меня за талию.

Мы продолжаем молча сидеть, слушая стрекот насекомых и наблюдая за горящими на небе звездами. Пожалуй, этот вечер один из лучших в моей жизни.

В день моего двадцатилетия погода решает меня побаловать. И это радует, а то холода и слякоть уже порядком надоели.

Последние дни июня прошли за плотной завесой ливневых дождей. Было холодно, пасмурно, лило практически не переставая. Небесные хляби разверзлись с поистине устрашающей силой.

Поскольку ливневки не справлялись с таким количеством воды, на дорогах стояли даже не лужи, а самые настоящие озера. Казалось, еще немного — и перемещаться можно будет только на лодках. Машины и так уже передвигались вплавь, а прохожих не спасали даже плащи и резиновые сапоги.

В общем, после целой недели такой природной вакханалии еще столько же времени потребовалось на то, чтобы ушла вода и полностью просохла земля.

И вот, утром девятого июля, едва разлепив глаза, я резко поднимаюсь с кровати и первым делом кидаюсь к окну. Картина снаружи меня радует — чистое небо, яркое солнце, сухая земля. Из открытой форточки веет теплым воздухом.

По всем признакам день обещает быть жарким.

Счастливо вздохнув, возвращаюсь в постель и ныряю в мир одеял и подушек. На часах всего восемь утра, так что позволяю себе немного поваляться. Так хочется понежиться в свой праздник. Закрываю глаза и утыкаюсь лицом в подушку, а в мыслях уже вовсю предвкушаю сегодняшний день.