Книга Рыжее счастье для майора, страница 63 – Анна Ковалева

Ох, как мы заговорили. Давить умеем на болевые точки.

Я встала и подошла к окну, выглянула наружу.

Вся ситуация мне не нравилась. Было не по душе, что Девятова давит на жалость и совесть.

Я не хотела, чтобы Рома воспринял мой приход в палату как зеленый свет. Но с другой стороны… Он ведь не был мне чужим человеком.

Мы три года прожили вместе, я безумно его любила. И пусть этой любви уже нет, но… Что-то мешает мне вот так просто отказать его матери.

Смогу ли я жить, зная, что могла помочь, но не помогла? Вдруг и правда я могу помочь Роме встать на ноги?

Я не хочу, чтобы он остался инвалидом.

— Катенька, пожалуйста. Христом богом тебя прошу помочь. Рома на грани депрессии, и я за него боюсь. Ну что тебе мешает прийти и поговорить с ним? Твой мужчина запретит?

— Нет, он в долгой командировке.

— Так тем более, Кать. Значит, он ничего не узнает. А мой Ромочка поправится. Вот, держи, я оставлю тебе визитку, там на обратной стороне адрес больницы, отделение и номер палаты, где лежит мой сын.

— Мария Кирилловна…

— Катя, я как мать тебя прошу. Сама родишь, поймешь, что это значит.

— Я подумаю. — ответила спустя пару минут звенящей тишины. — Но ничего не обещаю.

От автора: у меня стартовала ГОРЯЧАЯ И ОЧЕНЬ ЭМОЦИОНАЛЬНАЯ НОВИНКА

ЛЮБИ МЕНЯ, МОЙ МАЭСТРО

ОЧЕНЬ ЖДУ ВАС В НОВОЙ ИСТОРИИ

— Оля, да господи, куда ты бежишь-то? — Максим догоняет меня уже у набережной. Останавливает и разворачивает к себе.

— Макс, тебе не надоело меня мучить, а? — сбрасываю его руки и отшатываюсь в сторону. — Тебе так нравятся мои страдания?

— Оля, успокойся, пожалуйста! Я…

— Да! — заставляю его замолчать. — Я люблю тебя, слышишь! Всегда любила. Все эти годы любила тебя одного! Доволен? Может, оставишь уже в покое, а? Кажется, я сполна расплатилась за ошибки молодости. Хватит меня в них тыкать! Я сама с этим прекрасно справляюсь.

По щекам градом катятся слезы, но я упорно их не замечаю. Разворачиваюсь, чтобы уйти, но Тихомиров и шагу сделать не дает.

Обнимает, притискивает голову к своей груди и шепчет на ухо протяжное:

— Оленька… Олененок мой родной… Что же мы с тобой натворили? Во что превратили свою жизнь?

Глава 30

Я не смогла остаться в стороне. Раздумывала несколько дней, но всё же не смогла вот так оставить Ромку.

Всё-таки когда-то он не был мне чужим. Я мечтала выйти за него замуж, родить детей, состариться вместе.

И пусть все эти мечты давно превратились в пепел, да и любви не осталось, но воспоминания-то остались. От них было никуда не деться.

И хотя бы из-за них, в память о прошлом, в котором нам было хорошо вместе, я не могла просто проигнорировать слова его матери и сделать вид, что ровным счетом ничего не произошло.

Мне бы совесть не позволила это сделать. Не по-человечески бы это было.

Поэтому через пару дней я пришла к Роме в палату. Мария Кирилловна в тот момент была с ним, но увидев меня тут же подорвалась:

— Здравствуй, Катенька, — улыбнулась, буквально просияв лицом, — рада, что ты пришла. Мешать не буду, общайтесь, а я пока поговорю с врачами.

— Котенок, ты? — прохрипел Рома и попытался приподняться, но я его остановила.

— Не надо, Ром. Тебе наверняка нельзя сейчас делать резких движений.

Я осторожно присела на стул рядом с кроватью и осмотрела бывшего парня. Выглядел Рома плохо. Отекшее лицо с синяками и кровоподтеками, перевязанная голова и грудь. Ноги и правая рука в гипсе.