Книга Восхождение Морна. Том 12, страница 48 – Сергей Орлов

— Именно, — я чуть улыбнулся её цепкой хватке. — Как у имперской почты. Раз в неделю рейс на столицу, раз в неделю на юг, раз в две недели — на север. Чёткие даты, вывешенные прямо на воротах нашего Торгового Дома. Никакой неопределённости — обоз уходит строго по четвергам. Купец заранее знает график и спокойно планирует поставки на месяц вперёд, чего в Жаровске отродясь не бывало.

Она молча взяла со стола чистый лист бумаги, обмакнула перо в чернильницу и принялась быстро, мелко записывать, на ходу превращая сырую концепцию в конкретные пункты договора.

— Себестоимость одного обоза делится на десятки телег, — проговаривала Алиса, не поднимая головы от листа. — Доставка одной телеги выходит больше чем вдвое дешевле, чем купец тратил раньше. Мы предлагаем ему цену ниже рыночной, но за счёт наших масштабов всё равно остаёмся с солидной маржой.

— А на обратном пути? — подтолкнул я её.

— А на обратном пути… — она приостановила перо и подняла на меня глаза. — Обоз, который раньше шёл порожняком за счёт купца и съедал половину его денег, возвращается полностью загруженным. За каждый ящик на этих телегах нам уже заплатили ремесленники. Расходы на дорогу те же самые, а доход — двойной.

— И это лишь вершина айсберга, — я качнул головой. — Смотри глубже. Кузнец, который раньше вообще не мог вывезти товар из города — ведь отдельная телега стоила дороже всего его товара, — теперь платит нам пару золотых за место под ящик. Он спокойно продаёт клинки в столице, где за них дают вчетверо больше. Зарабатывает деньги, нанимает подмастерьев и начинает покупать у нас вдвое больше сырого металла, чтобы переработать его. И так делают три тысячи ремесленников Жаровска.

Алиса медленно отложила перо, давая чернилам подсохнуть.

— Получается… что всего через год весь грузопоток этого хаба будет завязан на наше расписание, — произнесла она тихо, будто всё ещё не до конца веря в открывшийся масштаб. — А любой конкурент, который попытается влезть в Жаровск после нас, обнаружит, что у него просто нет способа доставить товар. Он либо разорится на логистике, либо приплетётся кланяться нам.

— Именно, — улыбнулся я, скрестив пальцы в замок. — Зачем пытаться скупить весь Жаровск со всеми его кузнями, если можно просто занять ворота? Ни один слиток руды не войдёт в этот город и ни один артефакт не выедет отсюда без нашего ведома.

Признаться, разговаривать с ней было удовольствием того редкого, прямо-таки деликатесного сорта, который в прошлой жизни выпадал мне от силы раза три. Это то чувство, когда выкладываешь партнёру сложную, многослойную схему и тебе не приходится объяснять её на пальцах, терпеливо разжёвывая смыслы для персонажей из бухгалтерии, способных разглядеть в бизнес-модели только итоговую колонку с цифрами. Алиса схватывала всё на лету.

— Теперь о главном, — я вернулся в кресло и положил обе ладони на столешницу. — Ты предлагала мне процент за то, чтобы я просто светил лицом. Я же предлагаю равные доли. Половина на половину — и в перевозках, и в складах, и во всём, что на этом вырастет. Мы заходим сюда как два равноправных хозяина с абсолютным контролем над делом.

Алиса посмотрела на меня так, будто я предложил ей купить воздух.

— Половина? — переспросила она очень ровно. — Артём, давай серьёзно. Капитал вкладываю я. Телеги — мои. Возчики — мои. Металл, без которого вся эта контора первые полгода будет возить пустоту, тоже мой.