Книга Восхождение Морна. Том 12, страница 138 – Сергей Орлов

Я опустился на кожаное сиденье напротив нее. Лошади тронули, колеса застучали по брусчатке мостовой, и в полумраке кареты ровный, низкий гул бронзового наруча стал в разы ощутимее. В дневном шуме его легко было проигнорировать, но сейчас, в закрытом пространстве, металл вибрировал на грани слуха — плотно, тяжело и непрерывно, словно запущенный в ночной тишине трансформатор.

Вика первое время молчала, неподвижно глядя в стекло, за которым плыл шумный, залитый дневным светом город. На третьем перекрестке она наконец заговорила, не поворачивая головы:

— Бездна…

Я оставил это без ответа, потому что тут и отвечать было нечего.

— Это те самые люди, которые устроили нападение в Сечи, — суховато, с паузной перечисляла она, будто восстанавливая цепочку фактов. — Которые замешаны в истории с созданием зверолюдов… И за которыми мы изначально выдвинулись во Вьюжный.

— Верно.

Она слегка прикусила губу, продолжая следить за мелкающими за окном фасадами домов.

— И твой родной дед у них, получается, числится в предателях.

— Выходит, так.

— Ты знал об этом? — Вика наконец повернулась ко мне, и в её голосе прорезался металлический оттенок. — Только не ври мне, Морн.

— Узнал сегодня. Ровно в ту же секунду, что и ты.

В ярком дневном свете, пробивавшемся через шторки кареты, я отчетливо разглядел её лицо. Мочки ушей у неё были абсолютно бледными, почти белыми. По прошлым эпизодам я отлично выучил эту ее анатомическую особенность: когда Вика выходила из себя или закипала от злости, её уши мгновенно вспыхивали густым румянцем. Бледность же означала нечто куда более опасное. Сейчас наследница престола была предельно собрана и усиленно думала — причем о чем-то крайне неприятном для нас обоих.

— Что это за хреновина на твоей руке, Артём? — без тени привычного сарказма спросила она, кивнув на тяжелый бронзовый наруч. — Только давай без твоих фирменных отговорок. Я сегодня едва не погибла за эту железяку, так что имею полное право знать, во что именно мы вляпались.

Спорить с этим было бессмысленно. Право знать она действительно имела.

Только вот расклад в итоге выходил откровенно паршивый. С одной стороны, вся история про наруч и пробудившуюся в Феликсе магию пепла представляла собой прямой компромат на весь мой род — козырь, который в любой момент могли использовать против семьи.

Вывалить подобную информацию члену императорской фамилии, да еще и высокопоставленному дознавателю Серого Приказа, чье ведомство заточено на беспощадное уничтожение последователей Моррага, означало своими руками дать государству законное право на нашу ликвидацию.

С другой стороны — Вика уже не раз доказала, что стала надежным союзником, и дальше оставлять её в глухом неведении было обыкновенным свинством. Тем более что из-за моих тайн её жизнь теперь постоянно находилась под прямым ударом.

Я молча смотрел на её бледные уши, слушал ровный гул наруча и взвешивал оба риска, пытаясь понять, что опаснее: подставить под удар родных, доверившись наследнице, или подставить её саму, подсунув очередную дежурную ложь.

Что же делать…

Вика восприняла моё молчание по-своему и, в привычной для себя манере, продолжила давить:

— Артём, я ведь сейчас не шучу! Если мы собираемся дальше работать вместе, если продолжим нашу дорогу во Вьюжный, мне нужно быть полностью уверенной в своих напарниках! Точнее… — она на мгновение запнулась, подбирая правильную формулировку, — мне нужно быть уверенной хотя бы в тебе.