Книга Восхождение Морна. Том 13, страница 138 – Сергей Орлов

В памяти Аполлона сам собой всплыл один из вечеров, когда он принимал в особняке гостей из столицы. Разговор велся жесткий: на кону стояли солидные суммы, серые логистические схемы и поставки редких материалов в обход имперских пошлин. И эта девчонка, опьяненная близостью к первому человеку в Жаровске, в какой-то момент возомнила, будто статус фаворитки давал ей право голоса, и глупо, невпопад ввернула наивную реплику прямо посреди сложных деловых переговоров.

Аполлон даже не перебил её. Он лишь медленно повернул голову, вперив в актрису давящий, не предвещавший ничего хорошего взгляд, и едва заметно качнул подбородком вниз.

Девчонка знала этот жест слишком хорошо, чтобы медлить. Поняв всё без слов, она мгновенно утратила прежнее высокомерие. С неестественной покорностью дрессированного зверька девица расстегнула пуговицы на плечах, сбросила шелковое платье на паркет и, оставшись абсолютно голой, бесшумно скользнула под массивную столешницу.

Голоса гостей пресеклись на полуслове. Матерые, пресыщенные жизнью дельцы, привыкшие к столичным манерам, на секунду буквально замерли. Они жадно пожирали глазами безупречное обнаженное тело чужой фаворитки, исчезающее в темноте у их ног. В воздухе мгновенно сгустилось спертое напряжение, а у визитеров перехватило дыхание от вида такой откровенной публичной доминации.

Аполлон же вовсе не смотрел вниз — его волновала совсем другая игра. Он неспешно обвел взглядом лица компаньонов, фиксируя каждую мелочь. Один судорожно отвернулся к окну, вцепившись зубами в изнанку щеки, но залившаяся краснотой шея и сбитый ритм дыхания выдавали его с головой; второй же вовсе не пытался держать лицо, подавшись вперед с маслянистым блеском в глазах и шумно сглатывая слюну.

Наблюдая за ними, Аполлон мысленно ставил галочки. Никто из этих столичных дельцов не оказался святошей или чистоплюем — каждый с легкостью проглотил унизительное зрелище, сдав позиции собственным низменным инстинктам. И раз они безропотно приняли правила игры, значит, за душой у каждого имелся свой ворох темных грехов. В будущем любого из них можно будет взять мертвой хваткой за горло, стоит лишь вовремя найти и надавить на нужную слабость.

Так что публичное унижение девчонки было вовсе не случайным всплеском дурного нрава или простым желанием потешить самолюбие. За этим стоял холодный, прагматичный расчет — циничный тест на прочность, который безошибочно показал, кто перед ним сидит и насколько далеко эти люди готовы заходить в своей беспринципности.

Закурив, Аполлон невозмутимо откинулся на спинку кресла. Под столом избалованная любимица публики бесшумно и ревностно отрабатывала саму привилегию находиться в этой комнате, а над столом как ни в чем не бывало возобновилось обсуждение стоимости боевых стихийных артефактов на следующий год.

Когда-то подобное подчинение чужой воли давало ему острое, почти пьянящее ощущение всемогущества. И теперь, спустя годы наблюдая за тем, каким дрянным и заносчивым вырос его единственный сын Эраст, Аполлон без труда узнавал в нём искаженное отражение собственной молодости. Мальчик просто слепо копировал отцовские повадки, искренне уверовав, будто весь окружающий мир создан исключительно для того, чтобы прогибаться под его прихоти.