Книга Рожден, чтобы любить тебя, страница 82 – Элоиза Джеймс

— Ей важно чувствовать себя независимой, — сказал Парт. — Я не хочу лишать ее уверенности в себе. Но мне нужно знать, что она в безопасности.

Джереми фыркнул:

— И люди верят, будто звание джентльмена что-то значит! Да ты просто волк, как и прочие мужчины. Терпеливый волк.

До Линдоу пришлось добираться пять дней. Парт преодолел бы это расстояние гораздо быстрее, путешествуй он один, но им приходилось делать остановки там, где останавливалась Лавиния.

В последний раз Парт разбудил сварливого Джереми в пять утра, чтобы ехать в Линдоу. Когда четыре часа спустя он вошел в замок, тетя Ноув сбежала по ступенькам, чтобы встретить Парта. Ее глаза сияли. Появился и герцог, его приветствие, конечно, было не столь бурным, как у сестры. Офелия встретила Парта теплой, ласковой улыбкой.

Вернуться домой! Это словно погрузиться в теплую ванну после морозного дня на вересковой пустоши.

— Лорд Джереми спит в карете? — сказала герцогиня, хмуря брови. — Ради бога, что такое с этим беднягой?

— У него припадки, и он слишком много пьет, — без обиняков сообщил Парт. — Может, Норт сумеет ему помочь. Я велел своему камердинеру не будить его еще час или два.

— Я все же собираюсь прервать его сон сейчас, — сказал герцог. — Мне всегда нравился этот молодой человек.

— А я пойду с тобой, — сказала герцогиня, и они удалились, рука об руку.

— Поверить не могу, что ты следовал за каретой Лавинии всю дорогу от Лондона! Действительно, Парт Великий и Ужасный, — сказала леди Ноув.

— С ней были только кучеры и несколько конюших, и все три кареты были явно нагружены ценностями. Я ставил одного из своих лакеев за дверями ее комнаты, а остальных — возле каждой из карет. С ней могло случиться что угодно.

— Но ничего же не случилось, — заявила леди Ноув.

— Лавиния себя не бережет, — сказал он ворчливо. — Только посмотрите, как она раскатывает по Лондону без компаньонки!

— Лавиния уже давно не дебютантка.

— Что, если какой-нибудь бандит увидит, как она входит в гостиницу?

Лавиния необычайно красивая женщина, и он не допустит, черт возьми, чтобы на нее напали. Или еще хуже.

Парт обнял тетку:

— Знаю, что я парень упрямый. Но ведь оно себя оправдывает, не правда ли?

— В деньгах, — сказала она, делая пренебрежительный жест рукой, будто все сокровища мира были для нее пустым звуком.

Возможно, так оно и было. Тетя Ноув была из тех, кто чувствует себя счастливым где угодно — от замка до фермы.

— Да, в презренном металле. Надеюсь, повезет и с женой, — сказал он.

— Она мне нравится. — Тетя Ноув подошла к окну.

Она? Тетя наверняка имела в виду Элизу. Он и словом не обмолвился о Лавинии.

— Однажды вы все влюбляетесь, — сказала она тихо. — Трое моих мальчиков покидают гнездо, и только Гораций ушел, не испытав шанса влюбиться. Я не хочу его забывать.

Парт обнял ее, обхватив руками сзади. Она была такого высокого роста, что он легко уткнулся подбородком в ее плечо.

— Вы лучшая из теток, и никогда нас не потеряете. Мы все будем здесь в канун Дня Всех Святых, не так ли? Я не удивлюсь, если и Аларик появится здесь, как чертик из табакерки.

Тетя Ноув промокнула глаза носовым платком:

— Я хочу, чтобы вы все были счастливы. И чтобы у вас были свои семьи.

У нее был такой голос, будто она пыталась убедить в этом себя. Парт слегка качнул ее из стороны в сторону. От нее пахло жареными хлебцами и кремом для лица — она изготавливала его сама из меда пчел, которых держали в их имении.