Книга Последний гамбит, страница 81 – Дженнифер Линн Барнс

— А потом Эмили умерла, – мягко сказала Иви. – И…

— Бум. – Ксандр пальцами сымитировал взрыв. – Мама Бекс начала пить. А отец стал уезжать в командировки по месяцу длиной.

— И теперь появилась я. – Иви посмотрела на свои руки: на тонкие пальцы, неровные ногти. – Все должно пройти хорошо, – пробормотала она.

Это было, пожалуй, приуменьшением. Я написала Тее, чтобы предупредить о нашем приезде. Никакого ответа. Я открыла ее аккаунт и посмотрела на последние четыре фотографии, которые она опубликовала. Три из них были черно-белые селфи. На одной Тея смотрела прямо в камеру, ее лицо было черным от растекшейся туши. На второй она свернулась в клубок, ее руки сжаты в кулаки, на теле почти не видно одежды. На третьей Тея двумя руками выключала камеру.

Иви, сидящая рядом со мной, посмотрела в мой телефон.

— Думаю, что они должны понравиться мне даже больше, чем стихи Тоби. – Это прозвучало как правда. Так звучало все, что она говорила. В этом и была проблема.

Я сосредоточилась на четвертой фотографии Теи, которую она добавила совсем недавно, единственная цветная. На ней были две девушки, обе смеются, обнимая друг друга: Тея Каллигарис и Эмили Лафлин. И только под этой фотографией была подпись. Она была МОЕЙ лучшей подругой, и ВЫ понятия не имеете, о чем говорите.

Я просмотрела невероятное количество комментариев к этому фото, а затем взглянула на Ксандра.

— Тея борется с последствиями. – Я не могла сражаться с сайтами желтой прессы в отличие от нее.

— Она еще выложила видео. – Ксандр повернул телефон ко мне и включил его.

— Вы, возможно, слышали кое-какие… сплетни. – Голос Теи был тихим. – О ней. – Фотография Теи и Эмили возникла на экране. – И о них. – Фотография четырех братьев Хоторнов. – И о ней. – Фотография Иви. – Все. Это. Полный. Сумбур. – Тея двигалась, произнося каждое слово, в завораживающем танце, который заставлял все это казаться менее осмысленным. – Но, – продолжила она, – это мой сумбур. Сплетни о Грэйсоне и Джеймсоне Хоторнах и моей покойной лучшей подруге? Это неправда. – Тея наклонилась к камере, чтобы ее лицо заняло весь экран. – И я знаю, что это неправда, потому что это я все начала.

Видео резко оборвалось, и Ксандр положил голову на спинку сиденья.

— Она, без сомнения, самый великолепный и ужасающий человек, с которым я ходил на фальшивые свидания.

Иви взглянула на него.

— Ты часто ходил на фальшивые свидания?

Она казалась такой нормальной. Я ничего не нашла в ее телефоне. Но я должна сохранять бдительность.

Не так ли?

Ребекка открыла дверь до того, как мы постучались.

— Мама там, – спокойно сказала она Иви. Глубоко вздохнув, Иви прошла мимо Ребекки.

— По шкале от одного до числа пи, – пробормотал Ксандр, – насколько все плохо?

Ребекка положила три пальца на его ладонь. Ее белая кожа покраснела и потрескалась вокруг ногтей и костяшек.

По шкале от одного до числа пи. Учитывая значение пи, все было определенно плохо.

Ребекка отвела меня и Ксандра в гостиную, где стояли Иви и мама Ребекки. Я заметила стеклянные шары со «снегом» на полке. Они блестели так, словно их долго терли. На самом деле все вокруг выглядело таким свежим, будто здесь убирались несколько раз подряд.

Руки Ребекки. Я задумалась, чьей идеей было вычистить здесь все – ее или ее мамы.