Книга Последний гамбит, страница 115 – Дженнифер Линн Барнс

— Пообещай мне, что больше не уйдешь, – попросила я Грэйсона. – Ты можешь вернуться в Гарвард. Ты можешь идти куда хочешь, делать что хочешь – просто пообещай мне, что не станешь закрываться от нас. – Моя рука потянулась к броши Хоторнов. Я знала, что у него была такая же. Я знала это, но все равно сняла свою и приколола к его рубашке. – Est unus ex nobis. Помнишь, однажды ты сказал так Джеймсону? Она одна из нас. Что ж, это работает в обе стороны, Грэй.

Грэйсон закрыл глаза, и меня поразило чувство, что я никогда не забуду, как он выглядел, стоя там, в свете из витражных окон. Без доспехов. Без притворства. Без прикрас.

— Scio, – ответил Грэйсон. Я знаю.

Я посмотрела на флешку в его руке.

— У меня есть вторая, – сказала я. – Последний предмет из кожаной сумки, который мы не использовали, помнишь?

Грэйсон распахнул глаза. Он шагнул в темноту.

— Ты позовешь моих братьев? – спросил он. – Или лучше я?

Ксандр подключил флешку к компьютеру, перетащил аудиофайл на рабочий стол, затем проделал то же самое с флешкой из алтаря. На ней тоже оказался записан единственный файл.

— Включи первый, – сказал Джеймсон.

Ксандр выполнил его просьбу. Искаженная, неразборчивая речь наполнила воздух взрывом белого шума.

— А вторую? – подал голос Нэш. Сколько я его знала, он сопротивлялся тому, чтобы плясать под дудку старика. Но сейчас он был здесь. Он делал это.

Файл со второй флешки также был неразборчивой аудиозаписью.

— Что произойдет если мы включим их одновременно? – спросила я. Грэйсон сказал, чтобы разобрать содержимое одного файла, понадобится декодер. По отдельности обе записи были всего лишь шумом. Но если у тебя были обе флешки, оба файла…

Ксандр открыл приложение для редактирования аудио и загрузил туда файлы. Он нажал несколько кнопок, и аудиозаписи запустились одновременно.

В результате получилась неискаженная запись.

— Привет, Эйвери, – раздался мужской голос, и я почувствовала, как изменилась атмосфера в комнате, как он подействовал на них. – Мы с тобой не знаем друг друга. Я полагаю, ты много об этом думала.

Тобиас Хоторн. Наша единственная встреча произошла, когда мне было шесть лет. Но в этом Доме он был вездесущ. Он оставил свой отпечаток в каждой комнате, в каждой детали.

И в мальчиках тоже.

— В жизни каждого замечательного человека должна быть хотя бы одна большая тайна, Эйвери. Я не буду извиняться за то, что стал твоей. – Тобиас Хоторн был не тем человеком, который извинялся за что-либо. – Если ты не спала ночами, размышляя над вопросом «Почему я?» — что ж, моя дорогая, ты не единственная. Что есть удел человека, если не это «Почему я?».

Я чувствовала перемену в каждом из братьев, которая произошла, пока они вслушивались в слова Тобиаса Хоторна и в его голос.

— В юности я верил, что мне суждено стать великим. Я боролся за это, я прокладывал путь к вершине, обманывал, лгал, заставил мир подчиниться моей воле. – Он выдержал паузу. – Мне повезло. Теперь я могу признаться в этом. Я умираю, и быстро. Почему я? Почему это тело слабеет? Почему я один сижу во дворце, построенном мной же, когда за его пределами есть другие люди, с таким же умом, как у меня? Мне повезло. Нужное место, нужное время, правильные идеи, правильная голова. – Он шумно выдохнул. – Но если бы все шло так. Если ты слушаешь это сообщение, значит, получилось ужасно, как я и предполагал. Появилась Иви, и определенные события привели к тому, что ты нашла могилу, которая хранила один из величайших секретов этой семьи. Мне интересно, со скольким ты разобралась самостоятельно, Эйвери?