Книга Братья Хоторны, страница 38 – Дженнифер Линн Барнс

Грэйсон стиснул челюсти.

— Он заставил ее хранить это в тайне? – Грэйсон не стал называть отца по имени и уж точно не хотел бы употребить фразу «ваш муж» из уважения к женщине, сидящей напротив. Но по тону его голоса все было понятно.

— Сомневаюсь, чтобы Шеффу пришлось заставлять Саванну. – Акация говорила даже слишком спокойно. – Насколько я понимаю, мои родители давно уже были в курсе. Еще до… – Ее рука, лежащая на столе, слегка дрогнула. – Еще до твоего рождения. Мне не известны детали, но подозреваю, моя мать перемолвилась словечком с Шеффом. Я как сейчас слышу, как она говорит ему, что романы на стороне – это одно, но следует вести себя осторожнее, как это делал мой отец.

Сделать ребенка своей любовнице – верх безрассудства, особенно если учесть, что ее фамилия Хоторн.

— Это были их деньги, знаешь. – Акация умолкла. Повисла тягостная тишина. – Начальный капитал всех предприятий Шеффа… – Она проглотила вставший в горле ком. – Если моя мать приперла Шеффа к стенке, ее угрозы были очень серьезными, можешь мне поверить.

Грэйсон обдумал услышанное.

— У меня сложилось впечатление, что он из тех, кто «сделал себя сам».

— Я не знала, что вы встречались. – Акация снова опустила глаза.

Грэйсон сочувствовал ей, но знал, что должен предупредить любые ее вопросы об их встрече.

— Мой дедушка только скончался…

— Да, конечно. – Акация быстро заморгала. – Мне очень жаль.

«Она старается не расплакаться».

— Мне тоже очень жаль, – сказал ей Грэйсон. Жена его отца оказалась совсем не такой, какой он ее представлял. Эта женщина ни разу не сорвалась на него. Она была… была такой, какой должна быть мать.

— Двери этого дома открыты для тебя, Грэйсон, – охрипшим голосом сказала Акация, но произнесла она это уверенно, с высоко поднятой головой. – Приходи, когда захочешь.

Грэйсон не мог себе позволить придавать слишком большое значение этим словам.

— Сомневаюсь, что Саванна с вами согласится.

— Саванна всю жизнь жила так, чтобы Шефф мог ею гордиться, – мягко сказала Акация. – Малышкой она страдала от колик, а когда чуть подросла, то была тихой и серьезной. В отличие от Джиджи. – Грэйсон подозревал, что это было приуменьшение. – Я даже волновалась, что Саванна потеряется на ее фоне. Ее сестра была похожа – и сейчас похожа – на младшего племянника моего мужа.

«Колина, – подумал Грэйсон. – Из-за него ваш муж так жаждал мести».

— Из-за внешнего сходства и своей жизнерадостности Джиджи с самого рождения веревки вила из Шеффа. Саванна всегда остро осознавала это, даже еще совсем малышкой. Но она нашла свой путь. Она забросила свой первый мяч, когда ей было пять, и никогда не оглядывалась в прошлое.

Тут Грэйсон кое-что вспомнил.

— Колин играл в баскетбол.

После смерти племянника Шеффилд Грэйсон основал в его честь некоммерческую спортивную благотворительную организацию.

— Как и Шеффилд в колледже. Он выжимал из Колина все соки, возлагал на него большие надежды…

«А потом Колин погиб. По вине семьи Хоторнов».

— Саванна оживила в нем эти надежды, – догадался Грэйсон. Это было логическое умозаключение, а Грэйсону не было равных в логике.

— Насколько может дочь. – Акация вздохнула. – Саванна осудит меня за то, что я осталась с ее отцом после того, как все узнала. Она посчитает это слабостью. – Женщина снова взглянула на Грэйсона. – Но уверяю тебя, это не так.