Книга Маленькая жестокая правда, страница 119 – Дженнифер Линн Барнс

— Это была идея Джулии, – сказала тетя Оливия. – Судьба брата заботила ее больше, чем Лив. Даже Томас, новичок в их компании, согласился. Они много чего наобещали ему, лишь бы он молчал.

Я попыталась связать имена с людьми, которых знала. Джулия и Томас – родители Буна. Шарлотта и Стерлинг – родители Кэмпбелл.

— Они утопили ее. – У меня до сих пор не укладывалось в голове, как они могли решиться на такое. – А потом сказали, что она сбежала.

— Я все ждала, что тело найдут, – призналась тетя Оливия. – Хотела даже позвонить в полицию, но побоялась, что богатые друзья Лив и их семьи обвинят во всем меня.

— Вы ничего не сказали. Не позвонили в полицию. Вы просто ждали подходящего момента, чтобы забрать себе ее жизнь.

На мгновение воцарилась тишина. Затем Виктория очень эмоционально заговорила на испанском, а закончила на английском.

— Что вы за люди такие?! – спросила она, явно ошарашенная услышанным.

Я почти повторила ее вопрос, вложив в него немного другой смысл.

— Кто вы? – спросила я, шагнув к тете.

— Я Оливия Тафт.

— Вы дочь Эллен, не Лилиан.

— Я Оливия Тафт, – повторила она, высоко подняв подбородок. – Я мама Лили и Джона Дэвида. Я идеальная дочь Лилиан. Я была замечательной женой. Я знала, что ты дочь моего мужа, и приняла тебя с распростертыми объятиями, Сойер, потому что ты похожа на меня. Ты выросла ни с чем, но заслуживала весь мир, и я помогла тебе это получить. Неужели это ничего для тебя не значит?

В этих словах была доля правды. Я не ожидала, что женщина, которую моя мама называла Снежной королевой, обрадуется моему появлению в доме Лилиан, но тетя Оливия обрадовалась. Она обнимала меня, любила и заботилась обо мне.

Накачала меня наркотиками. Бросила в яму. Наставила на меня пистолет.

— От добра добра не ищут. – Тетя Оливия шагнула к нам, крепче сжав в руке оружие. – Я не убивала Лив. Я любила ее. Я думаю, будь у нее такая возможность, она бы тоже полюбила меня. Она бы хотела, чтобы я…

— Стали ею? – Я вспомнила, что мы с Лили слышали на записи. – Вы шантажировали ее парня, чтобы он женился на вас.

«И это все, что я когда-либо значила для тебя? Фарс? Когда ты наконец поймешь, что я подхожу тебе лучше, чем она?»

— Джей Ди хотел жениться на мне, – настаивала тетя Оливия. – Он хотел забыть о том, что произошло. Он хотел, чтобы я стала ею.

Она сделала паузу.

— Остальные хотели, чтобы он сделал меня счастливой, потому что я все знала.

На пикнике в честь Четвертого июля, когда дядя Джей Ди привел Ану, отец Буна был первым, кто сказал ему, чтобы он уходил. Шарлотта и Джулия сплотились вокруг тети Оливии.

— Вы шантажировали их всех! – поняла я, вспомнив слова, которые пьяная мать Кэмпбелл поручила мне передать моей тете. Тогда еще стало известно о неверности Джея Ди, и она не опасалась Оливии.

«Неважно, во что они тебя оденут или каким маленьким трюкам научат, неважно, насколько хорошо, по-твоему, ты сумеешь влиться в общество. Ты такая, какая ты есть, милая, и никогда не будешь другой».

— Вы бы видели их лица, когда я появилась за несколько дней до нашего бала Дебютанток! – вспоминала тетя Оливия. – Я выглядела как Лив. Я говорила как она. Я сочинила правильную историю, и Лилиан была только рада моему возвращению. – Она улыбнулась. – Они никому не могли рассказать правду. Кто бы им поверил? Они понятия не имели, кто я такая и откуда взялась. Они не могли пойти в полицию и сказать, что я самозванка, потому что убили настоящую Лив.