Книга Маленькая жестокая правда, страница 113 – Дженнифер Линн Барнс

Через минуту или две она бросила лопату и ушла. Я же вернулась к своим попыткам справиться с ситуацией – и с Сэди-Грэйс. Все это время я не переставала думать о том, что тетя Оливия назвала Эллен «мамой».

Я понятия не имела, что с этим делать, и, слушая, как Сэди-Грэйс уверяла, что стакан наполовину полный, и пыталась найти в себе силы, чтобы выбраться из этой проклятой ямы, я пыталась понять происходящее.

Мы пошли к сестре-близнецу моей бабушки, чтобы расспросить ее о ребенке Аны. Когда мы приехали, там уже была Лили, а к середине нашего разговора с Эллен вмешалась тетя Оливия.

Не моя тетя. Если она дочь Эллен, то она мне не тетя.

Я вспомнила фотографию, которую видела на холодильнике в доме в Ту-Эрроуз. Эллен со своими шестью детьми. Старшая девочка была очень похожая на Эллен. И Лилиан.

И тетю Оливию. Фотография была очень старой и плохого качества, поэтому мне было сложно определить степень сходства между дочерью Эллен и тетей Оливией.

Могли ли они выглядеть одинаково?

— Я не брошу тебя здесь!

Сэди-Грэйс упрямилась. Она выбралась из этой ямы, но не хотела оставлять меня. К сожалению, я гораздо медленнее отходила от наркотика, который нам дали. К телу только сейчас стала возвращаться чувствительность. Даже если бы Сэди-Грэйс удалось каким-то непостижимым образом вытащить меня из этой открытой могилы, я бы лишь замедлила ее, потому что еще не избавилась от оцепенения и не могла толком двигаться.

— Ты должна. – Я заставила ее послушаться меня. – Я понятия не имею, где мы находимся, но тебе нужно оказаться как можно дальше отсюда, когда она вернется.

Без Сэди-Грэйс в яме стало совсем одиноко. Теперь ничто не мешало мне думать о том, что я, возможно, никогда не выберусь отсюда.

И обо всем, что я, возможно, никогда не смогу сказать.

Я заставила свои руки пошевелиться. Движение причиняло боль. Еще никогда в своей жизни я так не радовалась боли. Раз мне больно, значит, я могу чувствовать. Я чувствую свои руки. А теперь и ноги.

Сэди-Грэйс помогла мне сесть спиной к стенке ямы. Попробовав переместить свой вес, я упала лицом в землю. Мне удалось перекатиться, потому что я прекрасно понимала, что если упаду лицом в землю, на которую тетя Оливия – или кто она там, черт бы ее побрал, – швырнула нас, то, вероятно, задохнусь.

Кто знает, что еще могло случиться?

Сэди-Грэйс позовет на помощь. Я с трудом поднялась на колени, стараясь не думать о том, что моя жизнь сейчас зависела от Сэди-Грэйс Уотерс, которая однажды на полном серьезе сказала мне, что, по ее мнению, у рыб должен быть отдельный рай, потому что в обычном раю люди едят рыбу.

— Сойер?

Я услышала, как кто-то зовет меня по имени.

— Сэди-Грэйс? Вы здесь?

Кэмпбелл. Слава богу.

Моей спасительнице нравится разыгрывать из себя героиню почти так же, как рассказывать мне, что у меня паранойя и бред. Да, история, которую я только что рассказала Кэмпбелл, звучала неправдоподобно, но что из нашей жизни за прошедший год не казалось неправдоподобным? Как бы то ни было, сейчас в первую очередь нужно было найти Сэди-Грэйс и убраться к чертовой матери с Острова Короля, пока наша похитительница не вернулась, а уж потом доказывать Кэмпбелл Эймс то, что я не сошла с ума.

— Пожалуйста, скажи мне, что ты знаешь, как выбраться с этого острова!