Книга Маленькая жестокая правда, страница 104 – Дженнифер Линн Барнс

Простая, но суровая правда: Эллен намеревалась продать ребенка Бет Грир. Только тогда мне почему-то даже в голову не пришло, что новорожденный братишка Сэди-Грэйс мог быть не первым ребенком, которого продала Эллен.

По словам Джея Ди, во время беременности Ана провела какое-то время в маленьком городке у озера. Этот факт затмил все остальные мысли в моей голове.

— Маленький городок у озера.

Должно быть, я произнесла это вслух и громко, потому что Лили и ее отец удивленно уставились на меня. Я взяла себя в руки.

— Как назывался тот городок?

Джей Ди заявил, что понятия не имеет.

В отличие от меня. По крайней мере, мне хотелось думать, что я права и тот городок назывался Ту-Эрроуз.

— Сойер, ты же понимаешь, что это звучит, как будто у тебя паранойя? Или бред?

— Да пошла ты, Кэмпбелл!

— По-моему, так не общаются с тем, кто только что тебя спас.

— Я не параноик, и я не брежу.

— Ну ладно-ладно… я просто сказала. Я знаю эту так называемую «похитительницу» всю свою жизнь. Она не способна даже не ту вилку за столом взять, не говоря уже о том, чтобы подмешать наркотики парочке Дебютанток, а потом бросить их в яму.

— Не буду даже спорить с тобой, Кэм. Но это именно она бросила нас сюда. И что-то подсказывает мне, что, получив все, что ей хотелось, она собиралась похоронить нас здесь заживо. Так что нужно поскорее убираться из этого места.

— А ты хоть знаешь, где мы?

— Просвети меня.

— Мы на Острове Короля. И лучше бы нам оказаться подальше отсюда, когда начнется шторм.

Двенадцать часов назад

После визита отца Лили прошло два дня, и за это время она не произнесла ни слова. Я была близка (и не раз) к тому, чтобы рассказать ей о своих подозрениях по поводу Аны, Ту-Эрроуз и близняшки нашей бабушки, но так и не решилась.

Я видела трещину в барьере, который она воздвигла между собой и остальным миром, но не знала, что произойдет, когда он рухнет. Мне совсем не хотелось быть тем человеком, который сломает ее.

Чертов Ник! Будь он проклят за то, что оказался прав. И за то, что он был единственным человеком, которому я хотела позвонить. Но он сказал мне больше не возвращаться.

После такого вряд ли стоило бы надеяться, что он возьмет трубку.

«Я устал притворяться».

— Ты не видела свою кузину? – спросила меня тетя Оливия.

После визита Джея Ди она, по словам Лилиан, была «немного не в себе». В переводе: всеми силами стремилась к семейному единению. Наши дни были заполнены разнообразными развлечениями: водные виды спорта, мини-гольф в яхт-клубе, пикники, сморы ^[14], истории о привидениях, полуночные киномарафоны, – все что угодно, лишь бы тетя Оливия могла притворяться, что Лили не молчит и ей не грозит тепловой удар из-за того, как она одета.

— Пойду поищу ее.

— Я подумала, что мы могли бы все вместе покататься на тюбингах! – крикнула мне вслед тетя Оливия. – В той бухте, которая так вам нравится. Как там она называется?

В фирменном стиле всех женщин семейства Тафт моя тетя сама же и ответила на свой вопрос:

— Королевская бухта!

Я нашла Лили в нашем платяном шкафу, где она пряталась от своей матери.

— И где кладовка, когда она так нужна? – сказала я, но тут увидела, что она что-то держит в руках.

Телефон. Я подошла ближе и поняла, что это мой.