Книга Маленькая невинная ложь, страница 81 – Дженнифер Линн Барнс

— Мне нужно, чтобы ты кое-что сделала.

Приветствие в стиле Кэмпбелл Эймс.

— Что сегодня произошло? – спросила я.

Воцарилось молчание. Я встретилась взглядом с Лили и потребовала:

— Кэмпбелл, скажи мне, что арест Ника не имеет никакого отношения к этому дурацкому ожерелью!

Конечно, Кэмпбелл проигнорировала вопрос.

— Они задержат его на сорок восемь часов. Обещаю: никто ни в чем не обвинит Ника. Им просто нужно было его арестовать. Вот и все.

— Им просто нужно было его арестовать, – повторила я. – Или это нужно тебе? Чтобы выйти сухой из воды?

— А это имеет значение? В любом случае никаких обвинений предъявлено не будет.

— Да, они не предъявят ему обвинения, – сквозь сжатые зубы процедила я, – потому что утром я пойду в полицию и скажу правду.

— Правду? – нахальным тоном переспросила она, и это окончательно вывело меня из себя.

— Я скажу, что это ты украла жемчужное ожерелье, – пригрозила я.

— Надеюсь, у тебя есть доказательства.

— Я могу опровергнуть твое алиби.

— Спустя месяц? В течение которого никто не проверял мое алиби, потому что я не входила в число подозреваемых?

— Ключ, – отрывисто произнесла я. – Тот, который мы нашли в твоем шкафчике.

— Тот, который вы украли, ты хотела сказать? Но если ты не собираешься сознаваться в краже, то всегда можешь сказать полиции, что просто видела меня с ключом. Но в чем именно будет заключаться обвинение?

— Ты украла ожерелье.

— Зачем мне это? – снисходительно спросила Кэмпбелл. – Какой у меня мотив? Мне не нужны деньги, а это ожерелье даже не фамильная ценность моей семьи.

Это фамильная ценность моей семьи.

— Ника выпустят уже в понедельник, Сойер. Я позабочусь об этом. А пока мне нужно, чтобы ты кое-что сделала.

— Что? – резко спросила я.

Кэмпбелл явно улыбалась.

— Ничего.

Она попросила меня не вмешиваться и ничего не предпринимать, чтобы все шло своим чередом, и по какой-то непонятной причине я подчинилась. Я заслужила дюжину подобных примерок – даже хуже, чем эта. Я заслужила, чтобы мне сделали восковую депиляцию, идеальный маникюр и выщипали брови. Я заслужила самого худшего из всего, что могло предложить высшее общество.

Как и обещала Кэмпбелл, Ника выпустили спустя сорок восемь часов. Против него не выдвинули никаких обвинений. Казалось, я должна быть счастлива.

Да, Ника уволили из клуба. Он потерял работу, но ведь все закончилось хорошо – мне должно было полегчать.

Черта с два.

Стук в дверь примерочной вернул меня в реальность и напомнил, что я по-прежнему стою полуодетая.

— Сойер! – позвала Лили через дверь. – Если ты не поторопишься, мы опоздаем на встречу с Кэмпбелл.

Любое занятие, связанное с Кэмпбелл, стояло в моем списке где-то между удалением зубного нерва без наркоза и депиляцией зоны бикини, но ноябрьское мероприятие Бала Симфонии организовывали матери Дебютанток Риджуэй-холла. Поскольку мачеха Сэди-Грэйс была распорядителем самого Бала, оставалось только два реальных претендента за главенство в подкомитете: тетя Оливия и Шарлотта Эймс.

Недаром тетя и жена сенатора также были лидерами двух противоборствующих лагерей феномена платья^[23]. Когда тетя Оливия выиграла эту битву, мать Кэмпбелл настояла на том, чтобы взять на себя основную часть работы по подготовке к ноябрьскому мероприятию.