Книга Маленькая невинная ложь, страница 56 – Дженнифер Линн Барнс

Не моя вина в том, что, когда бабушка произносила слово волонтерство, то думала о Джуниор Лиг^[17], а когда я слышала его, то думала о… возможностях.

На следующий день после вечеринки в доме Кэтрин Райли я отдала ключ, который мы украли из шкафчика Кэмпбелл, обратно в ее распоряжение. Но прежде я сделала копию. То, как сильно она хотела вернуть его, доказывало, что у нее есть тайны, и чем быстрее мы найдем компромат, тем лучше.

Бун же оказался никудышным детективом. Все, что он смог рассказать о своем дяде, сенаторе, – это то, что девятнадцать лет назад Стерлинг Эймс учился на юридическом факультете и уже был женат на матери Уокера и Кэмпбелл. Но судя по информации, которую я собрала за последние несколько недель, все четверо из списка на момент моего зачатия были женаты.

Другими словами, неважно, что там случилось, но отец был лживым обманщиком, который изменил жене.

— Уокер покажет тебе, что у нас к чему.

Сенатор, который проводил для меня экскурсию по офису, привлек мое внимание лишь тогда, когда произнес имя своего сына. Честно говоря, я еще не до конца определилась с планом. Я хотела присмотреться к сенатору Эймсу. Хотела выяснить, что он за человек, и найти что-нибудь, что позволило бы противостоять все более нелепым требованиям Кэмпбелл: чтобы мы дважды в неделю мыли ее машину, чтобы Лили отказалась от выдвижения на пост президента школьного совета, чтобы Сэди-Грэйс перестала пользоваться кондиционерами для волос. Короче, чем дальше, тем сумасброднее.

Брат Кэмпбелл стал неожиданной помехой.

— Добро пожаловать на передовую, Сойер Тафт! – произнес Уокер в шутку. – Даже не думал, что ты интересуешься политикой.

«Позволь перевести, – мысленно ответила я. – Ты не ожидал меня увидеть, да и сам не рад здесь находиться». Я была готова поспорить на большие деньги, что когда Уокер бросил колледж, сенатор не оставил ему особого выбора.

— Справишься с тем, чтобы приносить кофе для гостей? – спросил Уокер. – Я считаю это своим призванием в жизни.

— Уокер! – тепло пожурил его отец.

Я вспомнила слова Кэмпбелл о том, что все любят ее брата, но мне не довелось в этот раз как следует поразмыслить над отношениями между отцом и сыном, потому что Уокер стоял прямо перед кабинетом сенатора, а внутри, почти скрытый от моего взгляда, находился сейф.

Из тех, что открываются ключом.

— Сойер, могу я обнять тебя?

Мы стояли на задней террасе дома Лилиан, куда я вытащила кузину и Сэди-Грэйс, как только они вернулись из школы. Лили, казалось, вот-вот потеряет привычное самообладание.

— Давайте не будем торопить события, – ответила я. – Пока мы не знаем, подойдет ли ключ из шкафчика Кэмпбелл к сейфу ее отца. – Уф!

Мне с трудом удалось сохранить равновесие. В отличие от Лили, Сэди-Грэйс не стала угрожать объятиями. Она обняла меня со всей силы.

— Ты даже не представляешь, что было в школе! – яростно зашептала Сэди-Грэйс. – Кэмпбелл заставила меня носить клетку!

— А меня она заставила носить хвосты, – с мрачным видом добавила Лили.

— Сочувствую вам, – сухо ответила я. Если уж на то пошло, сейчас Кэмпбелл, возомнившая себя модным диктатором, была не самой большой нашей проблемой. Она по-прежнему могла в любой момент разоблачить Лили как основательницу прекратившего свое существование блога «Секреты на моей коже» и слить записи с похищением.