Книга Проект «Наполеон», страница 31 – Вячеслав Уточкин

— А как точно работают эти самые аномалии и получение атрибута? — спросил я.

— Попасть в аномалию можно только добровольно, в составе группы из десяти участников, не больше и не меньше. Процент выживаемости — один из десяти.

Это напоминало процент вероятности успеха игры, когда её запускаешь. Тоже обычно из десяти игр девять проваливаются и пропадают в безвестности, а одна выстреливает.

— Упростить условия могут артефакты, — продолжил паразит. — Парадоксально, что получить их можно только ближе к завершению этой игры на выживание, зачищая Закрытые города. Тем не менее, на твоей планете они остались еще с прошлого раза.

— Откуда ты все это знаешь?

— Эта информация, собираемая поколениями паразитов, заархивирована в каждую особь.

— А откуда ты берёшь информацию анкетных данных разумных?

— Периодически я могу присоединиться к информационному полю Земли и черпать из него сведения. Это что-то вроде глобальной базы данных, которую создают сами разумные существа. Их мысли, воспоминания и действия оставляют в этом поле следы. Люди называют его по-разному: одни именуют его эгрегором, другие — «Акаша», третьи — ноосферой. Я просто нахожу нужные кластеры информации и вытаскиваю оттуда всё, что может быть полезно. А твой разум оформляет их в привычную и удобную для тебя форму.

* * *

Лёгкие шаги и скрип открывающейся двери выдернули меня из состояния умиротворения сразу в боевой режим. На пороге с улыбкой на устах застыла Катерина.

— Мой рыцарь, — немного пафосно, но крайне приятным голосом сказала она. — Ты избавил меня от страшного врага. Теперь род Потемкиных перед тобой в долгу.

«Равнодушие эльфов» протранслировало повышенное либидо, энергию влечения и желания по Фрейду. После чего гормоны молодого организма отключили мне мозг, включив другой орган. Победитель получил то, на что надеялся, и — не буду врать — это было великолепно!

Только под утро схлынувшая энергия либидо вернула возможность думать головой, а не чем-то иным. Открыв глаза, я обнаружил себя лежащим на мягкой кровати, а рядом, свернувшись калачиком и с довольным лицом, спала чаровница.

«Кровать-то откуда?» — подумал я.

Огляделся вокруг. Я даже не помнил, как оказался в этой каюте. Молодое тело просто требовало подвигов во имя вечной любви. Голос Дракона сбил гормональный шторм:

— Готов обменять пазл убитого тобой кудесника, заменив Любовь на «Похоть гоблинов».

— Совсем берега попутал, чешуйчатый? — возмутился я. — Мне только не хватает посвятить жизнь постоянному осеменению.

— Не держи меня за идиота. «Похоть гоблинов» позволяет не терять голову от любви, а главное, от страсти. Также есть полезный побочный бонус «Интуитивная клептомания». Гоблины — лучшие воры во вселенной! Их навык даст почуять, какая вещь самая ценная у любого разумного, где она находится, и как ее присвоить.

— О, великий монстр Мезозоя, в преддверии сделки века я, ничтожный, не увидел своего бакшиша, а проще говоря, взятки, — с чисто восточными нотками произнёс я.

— Ну, ты артист, — усмехнулся дракон. — Из тебя иранский принц как из меня колибри. Добавлю еще способность, которая здорово подойдет бонусу от «Похоти гоблинов». Это создание овеществлённой копии неодушевлённого предмета. Для тупых поясняю: под правую руку — предмет, под левую — любой обломок материала, родственного образцу. Мысленно говоришь «копия» и получаешь дубликат, внешне неотличимый от объекта. Для пустоголовых обезьяноподобных привожу пример: кладёшь под правую руку кинжал, под левую — любую железку. Произносишь «копия» — и получаешь реплику, с виду точно такую же. Только при попытке использовать копию по назначению, «карета превратится обратно в тыкву». Особенности этой способности теперь ясны?