Онлайн книга «Князь Медведев. Слово рода»
|
— Достаточно хорошо, чтобы оценить, что вы сегодня особенно прекрасны. Щёки Веры заалели, и она довольно хмыкнула: — Если вас не казнят в ближайшее время, мы вернемся к этому вопросу. Слово «казнят» мне не понравилось. Я приподнял бровь и уставился на Игоря Андреевича. Он подошёл к моей кровати и посмотрел на одинокий стул. Щёлкнул пальцами, и, уже успевший сменить одежду Кузя, внёс в комнату ещё три стула. Ситуация чуть ли ни один-в-один повторила больничную, только вместо Алёны был её отец, а вместо Мазепова — незнакомый «гоблин». Игорь Андреевич дождался, пока все рассядутся, и сказал: — Присутствующий здесь глава гильдии иностранных дел, граф Ламсдорф Альберт Альфредович, обвиняет тебя в применении запрещённого ритуала вызова потусторонней сущности, которая уничтожила отряд наёмников, нанятых для ликвидации прорыва в аномалии «Полымя». Арзамасский скривился, давая понять, как он относиться к этому обвинению. — Для расследования им вызвана чрезвычайная тройка. К сожалению, отсутствует Мазепов Пётр Кириллович. До него не дозвониться. Он сделал паузу и бросил на меня выразительный взгляд. — В связи с этим… прискорбным фактом ты можешь отправить запрос на его поиски. Эти слова вызвали разную реакцию. Верочка улыбнулась, Дмитрий Николаевич кивнул, а гоблинообразный Альберт скривился, словно съел лимон. Я же к этому моменту окончательно оклемался. Сел на кровати, обвёл присутствующих тяжёлым взглядом и заявил: — Думаю, не стоит откладывать серьёзный разговор на потом. Тем более, найти Петра Мазепова будет затруднительно. Разве что через некромантов. На мне скрестились четыре удивлённых взгляда. Я же, в свою очередь, посмотрел на Арзамасского — Игорь Андреевич, вы что, не в курсе? Разве Кузя не доложил вам о событиях, последовавших после вашего отравления? Игорь Андреевич смущенно кашлянул. — Кузьмич принёс отчёт и даже порывался мне его озвучить, но из-за прибытия чрезвычайной тройки и гвардии императора я не успел с ним ознакомиться. — Постойте, — вклинился в разговор Альберт. — Михаил, вы утверждаете, что Пётр Кириллович мёртв? Я согласно кивнул, и в его глазах промелькнуло торжество. — О! В таком случае нам необходимо выяснить все подробности. Медведев Михаил Вячеславович, вы должны сделать чистосердечное признание в убийстве столь уважаемого человека… Он говорил и говорил, и говорил, и с каждым словом моё сознание оплетала невидимая паутина. В нём расцвела мысль: « Надо признаться в убийстве. И вызов сущности — тоже моя вина. Чистосердечное признание, наверное, зачтётся». Альберт, продолжая говорить, положил передо мной лист с записями. Я уже был готов его подписать, когда в разум ворвалось Слово: На разум носителя применена вербальная магия восьмого ранга. Ментальный блок не справляется. Для улучшения блока необходимо использовать десять процентов энергии. Приступить? Да/Нет «Да!», — отмахнулся я от Слова, боясь, что из-за него не успею подписать этот важный документ. Но в следующий миг моё сознание прояснилось, словно с него сдёрнули пелену. Остро захотелось придушить этого «гоблина», но тело ещё слабо слушалось. Альберт тем временем упорно подсовывал мне лист с чистосердечным признанием… Вообще, я — человек мирный, и предпочитаю решать проблемы авторитетом и умом, в крайнем случае, могу морально надавить. Но этот тип своей подлой ментальной атакой взбесил меня. |