Книга Князь Медведев. Слово рода, страница 48 – Вячеслав Уточкин

Закончив говорить, он в ожидании ответа уставился на меня.

— Однозначно не форточник, — покачал головой я. — Это телу принадлежит Михаилу Вячеславовичу Медведеву. Скорее всего, я из параллельной реальности. Последний в роду Медведевых. Так же, как и Михаил. Погиб в своём мире и по воле высших сил возродился в этом теле.

Раскрывать тему долга перед высшей сущностью я посчитал преждевременным, поэтому закончил максимально расплывчато:

— Цель и задачи неизвестны.

В кабинете повисла вязкая тишина, а я только сейчас понял, как же сильно устал.

— Предлагаю перенести разговор на завтра, — предложил я. — Как говорили умные люди моего мира — утро вечера мудренее.

После этих слов Игорь Андреевич согласно кивнул и произнес:

— Согласен. Последний вопрос на сегодня. Сколько вам было лет?

— Шестьдесят пять. Одна треть до завершения пути.

— Ясно, — Арзамасский устало поднялся со стула, и Алёна, до этого сидевшая, словно мышка под веником, резво вскочила. — Доча, проводи Михаила Вячеславовича в его покои. Потом вернись ко мне.

Обозначив поклон, мы с Алёной вернулись на подъёмник. Он устремился вниз, но остановился, по моим ощущениям, где-то в середине шахты. Стенка с правой стороны отъехала в сторону, и мы вышли в освещённый дневными лампами коридор.

Мой взгляд упал на три двери со стеклянными идентификаторами. Алёна, заметив, куда я смотрю, тут же подсказала:

— Библиотека, спортзал, и твои покои. Руку приложи.

Я прижал ладонь к идентификатору правой двери. Она тотчас ушла в стену, и в комнате автоматически зажёгся рассеянный свет от внутрипотолочных лампочек. Открылся вид на шикарную гостиную. Мягкая мебель в серых тонах, паркетный пол, огромный экран на стене и две двери, ведущие в соседние помещения.

— Тебе подсказать, где и что здесь находится? — спросила Алёна безо всякого энтузиазма. Видимо, даже её модифицированный организм начал сбоить.

— Сам разберусь, не маленький, — буркнул я в ответ.

Видно, эта семейка заразила меня бурчанием себе под нос.

— Тогда отдыхай, — бросила девушка напоследок и скрылась за дверью.

Я плюхнулся в кресло и тяжело вздохнул. События, летящие в меня, как из пулемёта, здорово утомили. Прикрыл глаза.

Но не успел я расслабиться, как на меня накатили страшная безнадёга и тоска. А следом пришла боль.

И если до этого момента я был уверен, что знаком с болью, то сейчас понял, насколько заблуждался.

Стало так больно, что потемнело в глазах. Я едва слышно захрипел. Следом передо мной появился тоннель, в котором периодически проскакивали разряды электричества.

Все тело свела судорога. Мою истерзанную болью душу затянуло в темный провал тоннеля.

В какой-то момент боль исчезла, и меня выкинуло на песчаную арену амфитеатра, трибуны которого был заполнены странными существами.

Ей-Богу, эти… зрители словно вышли из-под кисти психически больного сюрреалиста.

Впрочем, сейчас мне было не до них.

Прямо передо мной стояло чучело, знакомое по сну из прошлой жизни. Вот только одето оно было своеобразно, будто сошедший с ума электрик-металлист.

Тело чучела защищал термостойкий прорезиненный костюм, зачем-то обшитый волочащимися по земле цепочками. На голове был сварочный шлем с тёмным забралом. А в руках, на которых красовались толстые резиновые перчатки, отчаянно билась знакомая шаровая молния.