Книга Князь Медведев. Слово рода, страница 47 – Вячеслав Уточкин

Мне, чтобы догнать её, пришлось прыгать через пару ступенек за раз.

Алёна шла так быстро, что я даже не успел осмотреть внутреннее убранство замка. Только и заметил, как мы встали на металлический диск с перилами, и Алёна каблуком надавила на расположенную в центре пластину.

Площадка с тихим гулом устремилась вверх и влетела в вырезанную в потолке тёмную шахту.

— Смотрю, вместе с «памятью» исчезла и твоя фобия к нашему подъёмнику, — усмехнулась Алёна.

— Обменял всю коллекцию фобий на одну паранойю, — отшутился я в ответ.

Платформа закончила своё бесшумное скольжение в помещении под самым шпилем замка.

Видимо, это и был кабинет главы рода Арзамасских.

Удобная, но не располагающая к расслабленности мебель. Нейтральные сероватые обои. Хозяин кабинета явно был приверженцем голой функциональности.

При его виде в голове само собой сложилось четверостишие:

За центральным столом сидит бритый под ноль верзила.

Словно неумелым скульптором вырублены черты его лица…

Вместо переговорника в его руках идеально бы смотрелась дубина,

А вместо серого дорогого костюма — свежесодранная шкура льва!

Глава Арзамасских поднял на нас мудрый, но тяжёлый взгляд. Взмахом руки указал на два стула, стоящих возле стола. А сам продолжил свой разговор по переговорнику:

— Хорошо… Принял к сведению.

Я, сев на стул, с интересом вслушивался в доносящийся из переговорника бубнёж. Кажется, отца Алёны о чём-то просили.

— Ясно… Понял.

Отец Алены поморщился и, взяв свободной рукой со стола монетку, скомкал её в шарик, словно это была не сталь, а бумага.

— Постараюсь сделать всё, что от меня зависит, — прогудел он в трубку.

Бросив металлический шарик в наполненную такими же мусорку, он аккуратно отключил переговорник и посмотрел на меня.

Я спокойно встретил тяжёлый взгляд графа. Таким можно было задавить юного Мишу. Мне же, как ректору, приходилось общаться и с более властными людьми.

Считав мою реакцию, отец Алёны задал неожиданный вопрос:

— Ты кто?

— Перестаньте «тыкать», — поморщился я. — Это несерьёзно.

— Я не люблю неучтённых факторов, — нахмурился хозяин кабинета. — Проще всего их убрать. Вы так не считаете?

— Пока этот путь вам не подходит, — отозвался я. — И вы сами это знаете.

Алёна в растерянности переводила взгляд с отца на меня.

— Поясните, — бросил он.

— Во-первых, меня приняла Стела, — принялся перечислять я. — И, думаю, вы не хотели бы рисковать обнулением дочери. Во-вторых, такой воин, как вы, не болтает, а сразу убивает. В-третьих, будет очень сложно в случае моего исчезновения объясниться с императором. Этого достаточно?

Пока я говорил, внимательно отслеживал его мимику и телодвижения. Готовность к бою сошла на нет. Расслабленные до этого кисти рук сцепились в замок.

— Значит, Миша погиб, — разорвав зрительный контакт, пробурчал мужчина. — Непонятно только, почему не отреагировала Стела.

Сразу стало понятно, от кого Алёна переняла привычку бурчать.

Впрочем, отец Алёны взял свой властный характер под контроль и поинтересовался:

— Реинкарнация или форточник?

— Не реинкарнация, — не задумываясь, ответил я. — А кто такие форточники?

— После появления проколов, Стел и магии изредка стали появляться люди из других миров в своих родных телах, — Арзамасский говорил кратко, по делу. — Вселенная велика и многогранна, при этом форточники были идентичны нам, жителям этого мира. Сначала их уничтожали, жгли на кострах. Потом по заданию Стелы из них стали создавать отряды при специальных храмах. Если они проходили испытание, Стела их принимала как жителей нашего мира.