Книга Князь Медведев. Слово рода, страница 111 – Вячеслав Уточкин

Делать нечего: очень бодро, на четвереньках, — распрямиться было невозможно, — я устремился по узкому ходу вверх. Расщелина вела прямо к потолку зала.

На моих глазах каменный зубец, который был у меня на пути, обвила пылающая петля.

Выглянув из расщелины, я чуть не взвыл почище вервольфа. Этот… нехороший волк, словно по канату, быстро поднимался по огненному тросу.

Не отдавая себе отчёта в том, что делаю, я призвал из инвентаря раскладной нож и чиркнул им по огненной верёвке.

На этот раз удача улыбнулась мне.

Вервольф молча рухнул с высоты на каменный пол, на моих глазах расплескавшись кровавой лужей.

Я устало вытер пот со лба. Петля, оставшаяся на камне, вспыхнула в последний раз особенно ярко и рассыпалась пеплом. Вот только… почему меня не вернуло обратно в клетку?

Злобный вой снизу прозвучал, словно приговор.

Вервольф, победу над которым я уже собирался было праздновать, карабкался по скале, словно кошка. Приглядевшись, я увидел, что всё дело в артефакторных перчатках.

Неубиваемый противник — это очень, очень плохо. Мне оставалось лишь одно — бежать.

Ускорившись, я добрался до узкого карниза, который отходил в сторону от расщелины. Он вёл ко входу в пещеру. По сути, был бы я двухметровым оборотнем, — просто-напросто перемахнул бы с расщелины прямо на небольшую площадку перед входом в пещеру.

Благодаря липким конечностям, я поднялся по стене повыше и, замерев где-то между расщелиной и пещерой, притаился в полумраке.

Как я и думал, вервольф даже не посмотрел на карниз и сразу же прыгнул к пещере.

Дах!

Я, чудом удержавшись, пнул его ногой, и оборотень, грозно рыкнув, вновь полетел вниз. На этот раз он летел чуть дольше и «расплескался» по камням чуть шире.

Замерев на месте, я внимательно наблюдал за его регенерацией. Если в первый раз он регенерировал практически мгновенно, то на этот раз у него ушло две минуты

— Чего ж тебе от меня надо? — прошептал я себе под нос, прикидывая свои дальнейшие действия. — Что ж ты снова за мной лезешь?

Сменив позицию, я внимательно следил за его подъёмом. Что-то в облике противника меня смущало. Отсутствие одежды? Не то… Когтистые перчатки? Тоже мимо… Может…

В этот момент он ловко сместился вбок и занял позицию, с которой я не мог его сбить. Умная зараза.

С того места, где находился вервольф, до меня он достать не мог, а вот прыгнуть на площадку, затем на валун у скалы, а после атаковать меня уже оттуда — вполне.

Из-за валуна полезная площадь площадки была примерно метр на метр, и я, прикинув резервы, применил мудру с непонятным названием «Тефлон», — Кузя использовал её, чтобы блинчики не прилипали к чугунной сковородке.

Вервольф спрыгнул на площадку и… весело понёсся вниз по скользкой поверхности.

Отменив «Тефлон», я перебрался на площадку и, применив мудру облегчения веса, навалился на валун.

Мне понадобилось полторы минуты, чтобы пододвинуть его к краю площадки. Внизу вовсю шло возрождение, и мой валун пришёлся как нельзя кстати.

Столкнув валун, я отменил мудру облегчения веса, и здоровенный камень со свистом накрыл поднявшего голову врага.

Вервольф вновь превратился в лепёшку, а валун от силы удара аж раскололся на две части.

Увы, мои надежды не оправдались, — спустя пять минут из-под валуна вылезла покрытая шерстью рука.