Книга Князь Медведев. Сила рода, страница 14 – Павел Вяч, Вячеслав Уточкин

— Так ты — больной садист? Любишь наблюдать за чужими страданиями? Грустно. — На её лице не отражалось никаких эмоций. — Хозяин, воды дашь?

Подавая ей чашку со взваром, заметил, как напряглось тело девушки. В следующую секунду заблокировал удар в горло и ушёл в сторону. Леонелла замерла на середине следующего удара и рухнула, корчась от боли.

Минута, указанная в характеристиках ошейника, прошла. Леонелла из положения лёжа попыталась достать меня ногой. Боль снова скрутила её тело.

Я отошёл подальше. Меня провожал взгляд попавшего в капкан, но не смирившегося хищника. Помня, как хочется пить после испытанной боли, я открыл мини-бар и бросил ей охлаждённую бутылку минеральной воды.

Леонелла даже не взглянула на неё. Оскалившись, с трудом поднялась на ноги и сделала следующую попытку достать меня.

В этот этот раз сознание покинуло девушку. Выглянув из купе, я попросил проводницу снабдить меня верёвками. Её презрительно-брезгливый взгляд мне сильно не понравился. Но верёвки я получил.

Усадив Леонеллу в кресло, я хорошенько зафиксировал её верёвкой. Через пять минут девушка пришла в себя. Быстро осознала свое положение и просипела:

— Неправильно связал. Изнасиловать не получится.

— Тебе видней, — попивая взвар, спокойно ответил я. — Поговорим?

Ненависть, сочившаяся из моей гостьи, заполняла комнату и становилась осязаемой.

— Ты знаешь, сколько я заплатил?

— Мне сообщили, что я — самая дорогая секс-игрушка в мире, — презрительная усмешка поселилась на её губах.

— Да сдалась ты мне в постели! У меня есть любимая девушка, которой я даже в мыслях не буду изменять.

В памяти всплыл эпизод на дороге мудрости.

— Ну, по крайней мере, постараюсь, — исправился я.

— Не верю.

— А мне как-то безразлично, веришь или нет.

— Зачем тогда такую кучу денег потратил?

— Спонтанное решение. Я ещё молод и не успел стать циником.

Молчали минут пять. Я ушел в свои мысли, размышляя как буду выбираться из такой дорогой помойной ямы. Из самобичевания меня вырвала просьба:

— Попить дай.

Я сфокусировал взгляд на связанной наложнице.

— Если развяжу, бросаться не будешь?

— Не буду.

Я приступил к распутыванию кокона, в который запеленал девушку. Наконец, закончив с этим сложным делом, уселся напротив неё. Леонелла напилась минералки и устало поинтересовалась:

— Ну, ваше сиятельство, что делать будем?

— А давай я сниму ошейник, и ты пойдёшь восвояси, — предложил я.

— Что с вашей памятью, князь?

— Да вроде бы ничего.

— Десятый класс, вторая четверть, урок «Права». Уголовный кодекс империи, статья двести семьдесят шесть дробь один: оказание помощи преступнику, приговорённому к смертной казни, карается каторжными работами в аномалии сроком до десяти лет. Девятый класс, третья четверть, «Артефакторика»: снять артефактный ошейник «Подавление воли» можно только вместе с головой.

— Обалдеть, — выдохнул я, слушая развёрнутый ответ своей наложницы. — У тебя какой балл по ЕИЭ?

— Максимальный. Сто баллов. Плюс сто баллов по индивидуальным достижениям.

— Тогда как насчёт поработать секретарём?

— Секретарём или секретаршей?

— Секретарем! Ещё раз говорю — у меня любовь.

Леонелла пристально посмотрела мне в глаза, потом, видимо, приняв решение, обречённо произнесла:

— Хорошо. Давайте попробуем.

Доели с ней оставшиеся пирожки. Благодаря самоподогревающемуся блюду, они ощущались свежей выпечкой.