Книга Князь Медведев. Дело рода, страница 46 – Вячеслав Уточкин

— Тайна рода, — универсальный ответ легко сорвался с языка.

Активировал опознание на второй флакон.

Изменённая методом разложения кровь аномальной игольчатой пустельги.

В 70 % случаев — взрывная регенерация. В 30 % — случайная мутация.

Следующий.

Яд аномальной квакши.

Не имеет запаха и вкуса после четырёхчасовой термообработки

и двойной перегонки.

Смерть наступает через час после применения.

Похоже, это то, что нам нужно. Решил проверить оставшиеся два флакона. Но звёздочка идентификации потускнела. Попытался мысленно нажать — не реагирует. Ещё раз. Глухо.

Пришло сообщение от Слова:

Обнаружены множественные попытки активации модуля идентификации.

Действие невозможно.

Ресурс модуля при текущем состоянии магоканалов: 5 сканирований в сутки.

Следующее сканирование доступно через 24 часа.

Вот оно как. А Люций-то про лимит и не упоминал. Хитрый старикан.

Надеюсь, он выберется из той дыры, в которую угодил после нападения крылана, и мы с ним встретимся и договорим.

Взяв флакон с ядом, я уже собрался вернуться в комнату слежения. Но взгляд упал на умирающую.

— Ты — её ближайший родственник, — сказал я Плутарху. — Решай.

Передал ему флакон с кровью игольчатой пустельги.

— В случае мутации — убей.

Плутарх молча принял флакон. Руки у него дрожали.

Вернувшись в комнату слежения, я мысленно позвал дракошу. Она появилась, тяжело пыхтя под увесистым пакетом.

— Дракоша маленькая, но заботливая, — проворковала кроха. — Никто, кроме меня, хозяина не накормит.

Это было настолько трогательно, что напряжение от навалившихся проблем отступило на задний план.

— Красавица ты моя, — я ласково погладил её по загривку.

— Ты меня хвали, хвали! Я это ужас как люблю, — с непосредственностью ребёнка призналась дракоша.

Иногда, даже когда весь мир против тебя, нужна просто небольшая поддержка от близкого существа. На душе потеплело.

Через пару минут я жевал притащенный ею бутерброд с сыром и внимательно изучал экраны. На одном из них оказалась кухня, где готовились кормить бойцов после тренировки. Внимание привлекла только что вскрытая бочка пива, которую двое поваров волокли к накрытому столу.

Я обратился к дракоше и указал на экран:

— Сможешь незаметно вылить этот флакон в бочку?

— Элементарно! — Выхватив из моих рук флакон с ядом, дракоша исчезла.

На экране я увидел, как она, зависнув под потолком над бочкой, вскрывает крышечку. Дождавшись момента, когда в зале никого не осталось, опрокинула содержимое внутрь. Через секунду, довольная, сидела рядом со мной.

— Кто молодец? — прочирикала она, подбоченившись. — Я молодец! Кто заработала сало? Я заработала сало!

— Молодец, молодец, — подтвердил я.

Тем временем бойцы на полигоне закончили тренировку и потянулись в столовую. Руководитель — парень со шрамом, пересекающим лицо через левый глаз, — отдал команду. Два самых юных бойца отделились от строя и направились в нашу сторону. Плохо, что экраны выдавали только картинку, без звука. Услышать, какой конкретно у них приказ, не удалось.

Додумать не дал грохот за спиной.

Я обернулся и увидел полностью здоровую Серафиму, которая ворвалась в комнату. Похоже, семьдесят процентов сработали.

Активность этой женщины зашкаливала. Глаза горели боевым безумием.

— Князь Медведев, быстро встал и уходим! — рявкнула она и метнулась к пульту, переключая экраны.