Книга Князь Медведев. Тайна рода, страница 17 – Вячеслав Уточкин

Ростом Шаман вымахал под три метра. Ухоженная белая шерсть покрывала всё его тело. За ухом торчала колотушка для бубна. Сам бубен лежал неподалёку от него. Обтянутый синей кожей, с колокольчиками по краю.

Я, повернувшись к волкам, приложил палец к губам. Волки замерли, дыша через раз. Я осторожно двинулся к бубну.

Шаман всхрапнул. Я замер.

Снова шагнул, жалея, что здесь нет теней, и костюм «Теневого хамелеона» мне не поможет.

Через пару минут мои пальцы сомкнулись на бубне.

По залу разнёсся звенящий визг:

— Караул!!! Меня тырят!!! Караул!!!

Интересно, чем кричал этот нехороший музыкальный инструмент. Но сейчас мне оказалось не до этого.

Шаман проснулся.

Шаман, не успев открыть глаза, выдернул колотушку из-за уха и метнул на звук. Этот нехороший снайпер угодил точно в вопящий Бубен, выбив его из моей руки.

Бубен летел низко и молчал до приземления в дальнем углу тронного зала. Зато потом сумел удивить дважды. Первый раз — богатой ненормативной лексикой. Второй — созданием, или, скорее, призывом десяти дымчато-серых фигур.

Они уплотнились, приняв вполне материальную форму. Шесть львов со скорпионьими хвостами бросились к волкам. Мне достались четыре обезьяны с клешнями вместо рук.

Шаман вскочил. Его жёлтые глаза пылали яростью. Издав рёв укушенного за «хвост» слона, он начал бить себя в грудь кулаками.

Ухнеб мгновенно оказался в моей руке. Переведя балл Холода в десять баллов Силы Духа, я все их вложил в дубинку. Ухнеб аж заискрил, цвет металла сменился. Руку чуть обожгло.

Ракообезьяны были уже близко. Не вступая с ними в бой, я перекатом ушёл в сторону шамана. Тот, перестав издеваться над своей грудной клеткой, ошеломлённо уставился на меня.

Я провёл два быстрых удара по коленным чашечкам врага. Взревев сначала от ярости, а потом от боли, шаман начал заваливаться вперёд. Я откатился в сторону. На моём месте оказался самый резвый ракообезьян. Шаман накрыл его сверху всей своей тушей.

Подоспевшая троица бросилась почти одновременно. Первые две обезьяны били по разным уровням. Ту, что метила в лицо, я встретил Ухнебом в голову. Тварь потеряла плотность и расползлась туманом. Вторая успела вцепиться в ногу и располосовать мясо до кости.

Боль ударила по нервам. Я привычно остановил кровотечение и одним ударом отправил тварь вслед за первой.

Уйти от удара последней, направившей клешню мне в горло, я просто не успевал. Подставил предплечье. Боль стеганула с новой силой. Ухнеб с одного удара развоплотил тварь.

Остановив кровотечение, я обвёл взглядом зал. Модифицированные наноагенты приступили к работе и вовсю штопали мои ранения. Боль постепенно отпускала. Я уже мог без опаски опираться на раненую ногу.

Пять белых и Серебристый, тяжело дыша, зализывали раны. На первый взгляд, ничего смертельного. Их противники уже рассеялись в пространстве.

Из дальнего угла доносился яростный бубнёж. Лежавший там Бубен вовсю костерил шамана. Если отбросить матерщину, вся его речь сводилась к следующему:

— Ты зачем колотушку бросил⁈ Я теперь никого призвать не смогу, пока ты в меня снова не стукнешь!

Шаман тем временем молча и сосредоточенно полз к колотушке. К его сожалению, я даже с больной ногой успел первым. Пришлось уворачиваться от его длинных ручищ.