Книга Князь Медведев. Гнев рода, страница 94 – Вячеслав Уточкин

Инфортуна недоверчиво хмыкнула и покачала головой. Потом перевела взгляд на маркизу и с сожалением присвистнула.

— Плохо, что мы не можем с ней общаться. Я бы её многому обучила.

Она безнадёжно махнула рукой.

— Советую как специалист, побыстрей отправьте её подальше от себя. У неё слишком большой потенциал.

Пока Инфортуна говорила, у меня появилась идея.

— Сколько времени займёт её обучение?

— Нисколько, — поморщилась Инфортуна. — Я не собираюсь учиться её стрекотанию.

— А если она заговорит на понятном тебе языке? — не отставал я.

Инфортуна усмехнулась.

— Вот когда заговорит, тогда и приводи. Если, конечно, жив будешь. За три недели обучу. Причём безвозмездно.

Я развернулся к маркизе.

— Слушай внимательно и не перебивай, — прострекотал я.

После зелёного сияния Инфортуны енотиха заметно успокоилась. Она молча кивнула.

— Ты получила способность генерировать вокруг себя неприятности для окружающих. И сейчас ты опасна для тех, кто рядом.

Глаза маркизы округлились, и она с испугом взглянула на конверт с крошкой-енотом. Похоже, соглашаясь принять чужую способность, она не понимала, чем это обернётся.

— Здесь есть Игрок, — продолжил я и кивнул в сторону Инфортуны. — Она может научить тебя управлять этой силой. И тогда, вернувшись на свою планету, легко разберёшься со своими врагами.

Пост регента научил маркизу соображать быстро.

— Согласна, — тут же прострекотала она.

— Есть одна проблема. Для обучения ты должна свободно с ней разговаривать.

Задор в глазах де Лорен погас.

— На изучение языка уйдёт не меньше года. Мой речевой аппарат не приспособлен для таких звуков.

— Есть способ проще.

Она насторожилась.

— Но будет очень-очень больно. Правда, недолго.

Я пристально смотрел ей в глаза, ожидая увидеть страх.

— После Хаоса меня болью не напугать, — спокойно прострекотала она. — Я согласна.

Я достал из инвентаря цилиндр Кукольников, в котором находился Наездник, снятый с Императора. Тару я запомнил по глубокой царапине на боку.

От моего Наездника мгновенно пришла сильная волна паники. Меня чуть не вышибло во внутренний мир. Я ответил непониманием. Веки помимо моей воли начали опускаться.

В голове мелькнула неожиданная мысль. Наездник оказался прекрасным другом и помощником. Но существует простое житейское правило. Два хозяина в одной комнате обязательно начнут когда-нибудь делить недвижимость. Или скорее движимость, ведь речь идёт о моём теле. А оно сейчас наше.

Команда на закрытие глаз, отданная Наездником, мне не понравилась, и я ударил волной гнева. В этой квартире хозяин только я!

От Наездника пришла волна, виновато-испуганная.

Я усмехнулся и уже по собственной воле прикрыл глаза. Перед внутренним взором проявилось содержимое цилиндра. Вместо медузы там сидела страшная крокозябра. Другого определения подобрать не получалось.

Я убрал цилиндр и достал следующий. Этот, скорее всего, был с отца Плутарха. Тут крокозябра была чуть менее крокозябристой.

Остался последний цилиндр. Пустой. Тот самый, из которого я пересадил Наездника себе.

У меня возникла масса вопросов к Кукольникам. Как жаль, что приходится бежать, оставляя за спиной столько интересного. Учёный внутри меня плакал горючими слезами. Но сейчас было не до науки. Когда проблемы наваливаются одна за другой, изучаешь не самую интересную, а самую срочную.