Книга Князь Медведев. Гнев рода, страница 90 – Вячеслав Уточкин

Теперь весь этот дружный коллектив, кроме крошки-енота, с вопросом уставился на меня.

Я молча поднялся на ноги и хорошенько потянулся, проверяя, в каком состоянии тело. На удивление, всё было очень неплохо.

Крошка-енот, всё же решившись, начал концерт.

— Абра, дай ему что-нибудь из фруктов, — попросил я. — Малыш голодный.

Абра, как я и ожидал, достал из инвентаря банан.

— Проглот он, — проворчал орангутанг и сунул фрукт прямо в свёрток.

Малыш затих.

Абра махнул рукой на приличную кучу таблеток возле приёмника.

— Вон сколько таблеток всеядности для троллей напечатали. Пусть их жуёт.

— У него зубки нежные, — пискнула из угла Тофана.

— Ну наконец-то проснулся, — рявкнул тролль. — Чего валяться, делом займись. Возвращаться пора.

Тон работодателя, недовольного своими подчинёнными, мне очень не понравился. Гнев медленно поднимался из глубин души. Плотно сжав челюсти и прикрыв глаза, попытался затормозить рвущиеся из горла слова.

Наездник мгновенно создал прозрачную проекцию Тургитая и красным миганием выделил сосуды, питающие мозг тролля. От него пришла вопрошающая волна. После прошлой ошибки с Вамп он сделал правильные выводы.

«Нет», — мысленно приказал я, понимая, что ещё секунда — и одним троллем в помещении будет меньше.

От Наездника пришла волна сожаления. Проекция исчезла.

Я открыл глаза и подарил Тургитаю свою прекрасную улыбку. Говорят, тролли толстокожие. Но Тургитай почувствовал, как рядом с ним тихо прошла смерть. Он даже посерел. Ступив за спину Абры, забормотал:

— Миша, ты чего? Я вообще никуда не тороплюсь. Ты лучше вон таблеточку съешь.

Абра, видя моё настроение, вздохнул.

— Миша, ты на него не сердись. Тролль он и на звезде тролль, — сказал он. — Пока ты в себя приходил, мы тут всё изучили. Ничего у нас не получается. Вся надежда только на тебя.

Я шагнул к столу и спросил:

— Долго я спал?

— Трое суток, — ответила Инфортуна.

Я чуть не споткнулся и замер рядом с енотихой. А Инфортуна продолжила:

— Миша, ты там мой ножичек прибрал. Вернуть надо.

Всё ещё находясь под впечатлением от трёх потерянных суток, я достал из инвентаря костяной нож. Теперь я обратил внимание, что ручка выполнена в виде щучьей головы с выпученными глазами.

И тут по мозгам ударил истошный вопль:

— Хозяйка! Забери меня скорей! Меня здесь обижают и съесть хотят!

Глаза Инфортуны стали размером с блюдца.

— Ты же со мной разговаривать отказывался! — вслух удивлённо воскликнула она.

Все, кроме енотихи, с любопытством уставились на нас. Похоже, нож слышали только я и Инфортуна.

Нож тем временем продолжил:

— Вот когда тебя съесть попытаются, ты тоже с кем угодно заговоришь! Забери меня скорей! Я тебе больше никогда хамить не буду!

Инфортуна, вскочив из кресла, выхватила у меня нож и, отойдя к стене, начала, похоже, мысленное общение. Периодически она бросала на меня опасливые взгляды.

Я снова решил двинуться к столу. Но шагнувшая ко мне енотиха вежливо прострекотала:

— Позвольте представиться. Маркиза де Лорен. Бывший регент Рокании. — Она бережно покачивала свёрток. — А он, до недавнего времени, наследник престола.

Я осознал, что фраза «Хуже быть не может» означает лишь недостаток воображения.

Подвинул кресло, которое покинула Инфортуна, и приглашающе указал на него. Маркиза грациозно опустилась на сиденье, не выпуская свёрток.