Книга Спасибо деду за Победу!, страница 53 – Алексей Махров

Возле крылечка пульсировал красный светлячок — еще один любитель покурить на посту. Мы неторопливо подошли к калитке. Особого беспокойства часовой не проявил — чего бояться? Он в самом центре родного села, кругом тихо, собаки не лаяли, караульщики на околицах тревоги не поднимали.

— Эй, хто там? — расслабленно окликнул нас часовой.

— Це я, Петро! — ответил мой «пропуск». — А це ти, дядьку Андрий?

— Я! — часовой кивнул, не вынимая папиросу изо рта, от чего красный светлячок описал в темноте фигуру, похожую на китайский иероглиф «Дза-тунь», любимый фанатами фэньшуя. — И чого вам не спицца? Чого бродите?

— Так тут людина до пана старости прийшов, поговорите хоте! — как и договаривались, сказал Петр, между делом открывая калитку и делая шаг к крыльцу. Я, естественно, последовал за ним, стараясь, чтобы меня скрывала от Андрея фигура «напарника».

— Поговорити хоче? А хто вин такий? — безмятежно спросил часовой, даже не вставая со скамейки.

— Эх, как были вы крестьянами, так ими и остались! — сказал я, сделав шаг из-за спины Петра и коротко пробивая прикладом чуть выше огонька папиросы. — Вам хоть копье дай, хоть ракетную установку! Проебете и то и другое!

После звука удара послышался приглушенный треск. То ли переносица, то ли шея. Часовой сполз со скамейки, глухо брякнула стоящая рядом двустволка. Для контроля я еще раз ударил Андрея прикладом в голову, на этот раз со всей дури. Мерзко чавкнуло. Ну, теперь он точно покойник… Душегубствовал я отнюдь не из мелочной кровожадности, а исходя из простого армейского принципа не оставлять за спиной живых врагов.

А теперь нанесем визит старосте! Можно, конечно, втихаря освободить деда Игната и свалить подальше, но почему не совместить два богоугодных дела? Под вторым я имел в виду очистку Земли от всякой мрази.

На случай присутствия в доме гостей я достал из-под рубашки гранату. Даже если там никого, то увесистая колотушка на длинной ручке — само по себе оружие. Да и пугануть можно.

— Пошли, помощничек! — тяну за веревочку Петра. — Иди вперед, дверь открывай!

Пройдя длинными темными сенями, Петр толкнул тяжелую дверь и тут же полетел вперед от могучего удара в спину. Веревочку от запала гранаты я выпустил из рук заранее. За стоящим под окнами длинным столом сидели два человека. Дородный лысый мужчина в полувоенном френче, с залегшими возле рта брюзгливыми складками, и мой недавний знакомый, мародер-любитель Гончарук. Причем бывший сержант уже успел переодеться в гражданку и щеголял красивой синей рубашкой.

Оба вытаращились, словно к ним на огонек забрел невиданный зверь. Схватить стоящее рядом оружие — две винтовки — они даже не попытались. Гончарук первым получил по башке гранатой и рухнул с лавки, а вторым ударом я сломал старосте ключицу.

— Хорошая вещь — граната! — доверительно сообщил я мужчине, смотревшему на меня расширенными от боли и страха глазами. — Правда, саперная лопатка лучше, даже если не точить. Однако рубани я тебя лопаткой, ты бы уже кони двинул. А мне с тобой поговорить нужно… Что тебе этот гад сказал?

Похоже, еще один герой решил в молчанку поиграть. Хрясь! Лежавшая на краю столешницы ладонь старосты расплющена молодецким ударом. Аж миски подпрыгнули! А в мисках деревенские разносолы — сало, соленые огурцы, квашеная капуста, свежий хлеб. Венчала композицию полуведерная бутыль с самогоном. У меня даже слюнки потекли, и в пустом брюхе громко заурчало. Но жрать некогда — надо сначала дело сделать, за которым пришел.