Книга В черной краске становишься черным. Том 3, страница 87 – Юй Сы

Та усмехнулась и снова подняла палец. Теневой клинок размножился и без всякой паузы атаковал его, но Сяо Шэ недаром был учителем Се Юньци в цингуне – мгновение он был здесь, а в следующее уже оказался на дальней крыше и одним прыжком сорвался вниз. Кто-то ринулся за ним, и Луань Дунь не стала их останавливать – ей было все равно, умрет этот слуга или нет. Вместо этого она лениво потянулась и спрыгнула во двор.

«Третий дворец мой, – усмехнулась она, «огляделась» и разочарованно поджала губы. – Какая убогость и нищета».

Сяо Шэ вернулся мыслями в настоящее. Он уселся в позу лотоса и накрыл пальцами ствол вишни, переливая в него свою ци, пока не истратил ее всю. Из трещины перестал сочиться сок, лишь когда занялся рассвет, а Сяо Шэ без сил улегся на кровати, но продолжал обнимать горшок одной рукой, будто боялся, что во сне его кто-то может отнять. Листья вишни тихо шелестели на утреннем ветру.

* * *

Но и к рассвету Се Юньци не смог усмирить тревогу. Он ворочался всю ночь, но так и не уснул и сел медитировать. Казалось, что это становится странной привычкой – но техника в самом деле помогала успокоить мысли. Правда, не в этот раз.

Потому что едва он смог сосредоточиться и погрузиться в медитацию, его духовный кристалл засветился. С ворчанием, что Сяо Шэ ничего без него не может, юноша взял его в руку и окаменел.

— Привет, Третий братец, – раздался голос Луань Дунь. – Соскучился по мне?

Се Юньци сжал кристалл так, что побелели костяшки. Он хотел бы высказать Первой сестре все, что о ней думает, но это значило бы, что он разгадал ее тайну. А это был его самый большой козырь. Он еще не проиграл.

— Хорошо тебя приняли в моем дворце? Удобная ли постель? – широко улыбнулся Се Юньци.

Луань Дунь рассмеялась.

— Твои покои весьма неплохи, Третий братец. Спалось очень хорошо. – Она похлопала ладонью по одеялу. – Огненный нефрит и впрямь находка. Надо было тоже слушать Те-эра.

— Эта проклятая свинья все равно заграбастала себе самый большой рудник и продает плиты по баснословной цене, – пожаловался Се Юньци.

Луань Дунь сочувственно цокнула языком. Любой, кто услышал бы их разговор, подумал бы, что два хороших брата обсуждают домашние дела.

— Тогда я могу просто забрать твои, правда ведь? – захихикала Луань Дунь. – Младший брат же не будет против?

— Я всего на шичэнь младше тебя, это не считается, – очаровательно улыбнулся Се Юньци, и в его глазах мелькнула настоящая злоба. – Этот брат будет очень против. Надеюсь, что ты не станешь злоупотреблять гостеприимством моего дворца. Знаешь поговорку: «Достигнув успеха, главное – вовремя уйти»?^[65]

— О, эта мне незнакома. Зато знаю другую: «Упорство как у резчика»^[66], она мне более близка.

Се Юньци скрипнул зубами. На мгновение повисло молчание, а затем Луань Дунь протянула:

— Приглашаю Третьего брата пообедать сегодня в «Башне бессмертных» на западе Синьаня. Там подают отличную свинину.

Се Юньци даже не дрогнул, лишь сузил глаза. Он ничем не выдал своего потрясения.

— Тао У и Те-эр тоже приглашены?

— Приглашения отправлены, так что, я надеюсь, и остальные братья смогут выбраться, – в конце концов, у меня есть подозрение, что исход нашего спора не за горами. И победитель ясен. Полагаю, это стоит отметить, верно, младший брат? – улыбнулась Луань Дунь. – Заодно сможешь навестить двух своих слуг в «Небесных скалах», хе-хе.