Книга В черной краске становишься черным. Том 3, страница 48 – Юй Сы

Этот юный ученик неизвестной секты был на редкость… мерзопакостным, заключил Цзи Фэн. Сколько бы ни льстил этот Сяо Шэ, ему никогда-никогда-никогда не стать учеником великого даочжана Сюаньи. С этой мыслью молодой человек вздернул нос повыше.

Так они добрались до лечебницы Лунного пика, где обнаружился Лу Уюэ, что пришел поговорить с травником Нином, одним из самых старших на пике. Травник Нин, или Нин Су, был тщедушным стариком, на котором ханьфу ордена висело мешком. Он не был сильным заклинателем, а потому всю жизнь провел на Лунном пике и давно состарился. Однако при этом Нин Су имел невероятный талант к выращиванию лекарственных трав, и многие заклинатели с внутренних пиков приходили к нему за ингредиентами для пилюль, что давало старику Нину неплохой доход.

— Почему я не видел тебя всего полшичэня, а ты уже успел пораниться? – было первое, что сказал Лу Уюэ, заметив в дверях лечебницы друга. – Я немедленно поговорю с главой Вэнем, чтобы тебя заперли на Лотосовом пике.

— Уюэ, здесь посторонние, – напомнил ему Мо Хэ. – И я не ранен. Я сопровождал это юное дарование. Бедняга сяо^[40] Сяо был так неосторожен, что умудрился разбить подставку и уронить себе медный таз на голову. Лекарь Нин, не могли бы вы проверить, не перетряслись ли у него мозги в черепушке?

Се Юньци задохнулся от возмущения, а Цзи Фэн гаденько захихикал. Лу Уюэ, который в жизни не слышал, чтобы Мо Хэ отпускал шутки в адрес кого-то кроме своих учеников, тоже опешил и принял все за чистую монету.

— Сотрясение – это серьезная травма, – нахмурился он. – Лао Нин, позвольте мне…

— Конечно-конечно, лекарь Лу, какой из меня врач? Я так, травы собираю, – отмахнулся старик.

Лу Уюэ широким шагом приблизился к Се Юньци и усадил его на стул, оттянул веки, ощупал голову, а потом проверил рану на руке.

— Совсем не похоже на занозу… – с сомнением протянул он. – Скорее, как будто…

— Я упал на подставку, был неосторожен, но мне нужна лишь заживляющая мазь, – быстро проговорил Се Юньци, снова лицезрея своего «дядюшку» так близко. Лу Уюэ нахмурился, и Се Юньци добавил: – И вообще, даочжан тоже упал. У него болит правая рука.

— Синьчжи? – Как и ожидалось, внимание лекаря переключилось на даоса. Мо Хэ бросил на Се Юньци взгляд через плечо Лу Уюэ и тихонько вздохнул.

— Это потому, что ты его сбил с ног! – вмешался Цзи Фэн, который не собирался терпеть такое несправедливое обвинение в адрес своего шибо. – Хорошо еще, что шибо головой не ударился!

— Вот как, – Лу Уюэ помрачнел. Он немедленно бросил первого пациента, переходя ко второму, но, когда лекарь протянул руку к правому запястью Мо Хэ, тот бросил на него предостерегающий взгляд. – Цзи Фэн, не мог бы ты помочь лао Нину и принести заживляющую мазь из задней комнаты? – Лу Уюэ обернулся и посмотрел на лишнее лицо в комнате. Молодой человек послушно поспешил за стариком Нином. Лу Уюэ повернулся ко второму лишнему лицу, когда Се Юньци вдруг картинно закатил глаза и завалился на спинку кресла, изобразив обморок.

Мо Хэ:

— …

— Я в жизни не видел такой идиотской попытки притвориться глухим, – после паузы заключил Лу Уюэ.

Мо Хэ хлопнул себя по лбу здоровой ладонью, а затем снова вздохнул.

— Боюсь, у меня опять могла треснуть кость, – тихо сказал он. Лу Уюэ вскинул брови и бросил красноречивый взгляд на Се Юньци, но Мо Хэ лишь покачал головой. – Просто наложи фиксирующую повязку, и закончим на этом.