Книга Перекрестки миров. Том 6, страница 149 – Джек из тени

— Красиво, — выдохнул Асташко.

— Вот именно поэтому нас и не зовут, — Корнев обвел взглядом своих офицеров. — Мы здесь нужнее.

Казанова поднял голову, потер глаза и мечтательно потянулся:

— А мы тогда чем займемся, командир? Так-то меня вообще всё устраивает! Погода — курорт, если к духоте привыкнуть. Пляж, океан теплый, девочки местные в коротких юбках с хвостами бегают, глазки строят. Будем загорать и пить кокосовое молоко?

— Ага, девочки… — нехорошо ухмыльнулся Барон. — Пляж, кокосы, шезлонги с зонтиками. Размечтался, Казанова.

Майор поднялся, подошел к карте и ткнул пальцем в широкую зеленую полосу, обозначавшую болота в сорока километрах к западу от колонии:

— Напоминаю для особо расслабившихся: ровно через четыре месяца здесь начинается сезон дождей. А вместе с ним — миграция местных квакушек с зубами.

Слово «квакушки» никто шуткой не счел. Все помнили рассказы выживших легионеров.

— И чтобы у тебя кусок задницы не выжрали, умник, — произнес Корнев, — надо будет очень сильно постараться.

— Стены же строим? — нахмурился Леший, отложив брусок.

— Стены строим вокруг города и ближайших поселений, — Корнев рубанул ладонью воздух. — А у нас, на минуточку, куча новых из-за наплыва переселенцев! Люди прут из Врат сотнями в день. Землепашцы, ремесленники, хвостатые семьи из разоренных малоранами деревень. Они не сидят в крепости, они садятся на землю! Рубят лес под посевы, строят хутора, распахивают пустоши. Колония растет вширь, как дрожжевое тесто. К моменту, когда полезет эта болотная нечисть, в округе будет жить под шестьдесят тысяч гражданских. И все они — наши люди и прикрывать эту ораву предстоит не только местным «добровольцам». Прикрывать их будем мы.

— Так что, товарищи офицеры… Хватит прохлаждаться. Дожди пойдут по расписанию, и твари придут точно в срок. Вопросы есть?

— Никак нет, товарищ майор! — синхронно отозвались офицеры.

Запах жженого железа и сухой извести въелся в горло так, что не помогал даже ядреный мятный леденец, найденный в кармане разгрузки.

Пять суток назад здесь горела земля. Трупы малоранов — тех, кого не разорвало снарядами в мелкую труху — убрали еще позавчера. Похоронные команды работали на пару с инженерными взводами дивизии: тела грузили на прицепы самосвалов, посыпали хлоркой и сваливали в глубокие известковые рвы в полутора километрах к северу, за линией траншей. Павших людей в зеленом камуфляже, римских легионеров и бойцов кошачьих кланов увозили в тыл.

Алексей Корнев стоял на насыпи из крупного гравия. Прямо перед майором вздымалась арка.

Она отличалась от той привычной каменной дуги, через которую войска Федерации проходили в сибирскую тайгу и обратно, эта была выше.

— Ну и дура… — тихо произнес подошедший сзади Леший. — Все никак не привыкну…

Майор подошел вплотную к правому устою арки. Консоль управления находилась на уровне груди. Алексей стянул с правой руки перчатку, кожа коснулась контракции.

Арка отозвалось мгновенно. Радужка глаз Корнева на полсекунды подернулась мутной фиолетовой пленкой. В ушах тонко, мерзко зазвенело, перекрывая гул работающих за спиной машин.

Интерфейс Врат развернулся прямо перед глазами. Алексей усмехнулся одними губами.

Оператор, настраивавший эту махину до генерального сражения с ушастыми, по меркам системы был где-то на дне полномочий. Биомаркер требовал обязательного обновления каждые тридцать суток. До специалистов ФСБ, которых Третьяков таскал за собой на поводке, местный мастер, может, и дотягивал, но до прав Корнева ему было как пешком до Луны. Но это при условии, если не смотреть на размер арки. И вот уже были отличия.