Книга Перекрестки миров. Том 5, страница 96 – Джек из тени

* * *

Тягучий, пробирающий до костей гул тяжелой строительной техники смешивался с лязгом забиваемых свай и матом прорабов.

Грязь чавкала под берцами. Полковник Дегтярев, комбриг, а по факту — уже давно главнокомандующий черт знает какой смешанной армией, стоял на краю свежевырытого котлована. Ветер рвал полы его куртки, швыряя в лицо мелкую водяную пыль. Местная осень плавно, но неотвратимо перетекала в зиму.

Прямо перед ним, раскинувшись на добрую пару квадратных километров, кипела стройка. Настоящий, мать его, индустриальный левиафан. Российская Федерация вгрызалась в чужую планету бетоном, арматурой и сталью. Экскаваторы рыли траншеи под подземные коммуникации, краны тянули вверх фермы будущих капитальных ангаров. Из-за ленточки непрерывным потоком шли колонны наливников, панелевозов и миксеров.

— Я теперь вообще непонятно чем командую, — Дегтярев сморщился, сплевывая табачную крошку с губы. Щелкнул крышкой зажигалки, пряча огонек в ладонях. — Какая к лешему мотострелковая бригада? У меня в штатном расписании появилась рота ушастых баб-телохранителей, полк трехметровых переростков с пулеметами, два батальона пехоты с мечами и стрелами на подхвате и херова гора местного ополчения. Логистика и снабжение ревет благим матом, пытаясь всё это кормить, одевать и вооружать. И это с учетом того, что часть головняка держится на Бароне, который смотрит на меня с явным желанием придушить.

Рядом, опираясь локтями на ржавый отбойник из рифленого железа, спокойно курил генерал-майор Кольцов, старый друг Дегтярева. Вместе еще в Чечне грязь месили, только вот пути разошлись. Дегтярев остался тянуть лямку в поле, а Михаил ушел по штабной линии, осел в Москве, оброс нужными связями и большими звездами. Прилетел сегодня утром с «внезапной инспекцией».

Кольцов выпустил струю дыма, лениво проводив взглядом проползающий мимо тяжелый тягач с секцией модульной казармы.

— Тебе грех жаловаться, Виктор Сергеевич, — усмехнулся генерал, поправляя воротник куртки. — Этот твой Барон тебе генеральские погоны обеспечил на все сто процентов. Провальных операций на этой стороне с участием твоих архаровцев еще не было. Всё, за что берется Корнев, превращается в сплошной профит для государства. Так что выдохни. Сиди ровно и пиши наградные листы.

Дегтярев не улыбнулся. Затянулся глубоко, до обжигающей боли в легких.

— Забыл старую истину, Миша? — полковник тяжело вздохнул, бросив окурок в намокшую землю. — Одна ошибка — и ты ошибся. Окончательно и бесповоротно.

Он резко вскинул руку, указывая на копошащихся внизу строителей, на ряды техники, на склады РАВ, уходящие вдаль.

— А с учетом вот всего этого великолепия… Мне эта ошибка может стоить половины бригады за один гребаный заход. Если ушастые найдут способ пробить наши порядки, здесь будет такая мясорубка, что чеченские кампании покажутся детским утренником. Техники нагнали столько, что не развернуться. Опасно, Миш. Я людей на ровном месте хоронить не желаю.

Улыбка сошла с лица Кольцова. Генерал перестал опираться на отбойник и выпрямился. Лицо мгновенно преобразилось, превратившись в ту самую непроницаемую маску, которую носят обитатели кабинетов на Фрунзенской набережной.

— Не без этого, — коротко, как-то слишком серьезно обронил москвич.