Книга Перекрестки миров. Том 4, страница 108 – Джек из тени

Это точно был не его холостяцкие апартаменты недалеко от штаба. Кровать слишком широкая, матрас мягкий. Простыни почти как шелковые, мать их. В воздухе висел тонкий, едва уловимый аромат дорогих благовоний и чего-то терпкого, цветочного. Капитан сел на краю кровати и потер лицо ладонями. То, что жилище принадлежало именно хозяйке, сомнений не вызывало. Мебель из темного дерева с изящной резьбой, ковры, какие-то мелкие безделушки на туалетном столике.

Вопрос заключался в другом: чья это спальня? И как он сюда попал?

Корнев поднялся на ноги. Вестибулярный аппарат тут же передал пламенный привет, комнату слегка качнуло. Капитан нашел свои штаны и футболку, аккуратно сложенные на стуле. Обувь стояла у входа, рядом висел китель. Быстро, по крайней мере, ему так показалось, натянув на себя шмотки, Алексей бесшумно двинулся по дому.

Тишина, только половицы едва слышно поскрипывали под тяжелыми армейскими ботинками.

Он вышел в небольшую гостиную и замер. На стене, в массивной деревянной раме, висел отлично написанный маслом портрет. С холста на Корнева смотрела Тисса. Только здесь она была гораздо моложе. Никакой жесткости во взгляде, никакой усталости от клановых интриг. Просто красивая молодая кошка с гордо поднятым подбородком.

— Хреново, — тихо, одними губами произнес Корнев, тяжко вздохнув.

И вдвойне хреновее было то, что память о конце вчерашнего вечера отбило наглухо. Последнее, что он помнил — это стакан с местным ядерным самогоном, услужливо подсунутый каким-то дедом, и танцующая милфа с лентами. Дальше — сплошной черный квадрат. Было между ними что-то или нет? Судя по тому, что он проснулся один, а одежда лежала стопочкой — очень возможны различные варианты. Но рисковать и задавать глупые вопросы капитан не собирался. По крайней мере не сразу…

Умывшись прозрачной водой из таза в углу коридора и кое-как приведя себя в порядок, Алексей сделал глубокий вдох, нажал на ручку и открыл дверь на улицу.

Утренний Новый Арзамас жил своей жизнью. Стучали топоры на стройке, где-то вдалеке рычал дизель. Кучи родственников, требующих немедленно взять на себя ответственность за поруганную честь бывшей главы клана, на крыльце не наблюдалось. Это уже радовало.

Но, наверное, еще больше радовало то, что в ближайших кустах не прятался ротный папарацци в лице Казановы. Уж этот бы точно не упустил шанса сделать эпический кадр вылезающего из логова Тиссы помятого командира для боевого листка подразделения.

Сделав максимально скучающее и отстраненное лицо, будто он просто вышел прогуляться с утра пораньше, Корнев медленным, уверенным шагом двинулся в сторону штаба.

На крыльце реквизированного под командование особняка курил дежурный сержант. Увидев капитана, он привычно вытянулся, скинув окурок в банку с песком.

— Здравия желаю, товарищ капитан. За время дежурства происшествий не случилось.

— Вольно, — кивнул Корнев, проходя мимо.

Свернув в столовую, Алексей обнаружил там ожидаемую картину. Парни снесли сюда все, что не успели уплести вчера вечером на поляне. На столах стояли накрытые чистыми полотенцами глубокие миски с мясом и свежими овощами. Капитан взял тарелку, навалил себе с горкой холодного, пропитанного дымом шашлыка, закинул сверху пару местных огурцов и бодрым шагом двинулся по коридору.