Книга Перекрестки миров. Том 4, страница 104 – Джек из тени

У Лешего честно и без посторонней помощи снова выпала челюсть. Он моргнул, словно пытаясь сбросить наваждение. Вся его напускная монументальность дала трещину толщиной с танковый трак. Разведчик, прошедший горячие точки, сидел, вцепившись побелевшими пальцами в край деревянной скамьи, и откровенно залипал.

Другие танцовщицы, что пытались перетянуть внимание Лешего, поняв, что сейчас им ловить нечего, технично и без лишнего шума растворились в толпе.

А вот конкурентки из высшего эшелона, сидевшие возле капитана, дружно поджали губы. Признавать явное поражение на своем же поле не хотелось никому. Троица, еще минуту назад излучавшая презрение к уличным плясуньям, теперь сверлила Лисею уничтожающими взглядами.

Казанова, находясь в состоянии полнейшего экстаза, вел практически прямую трансляцию. Камера его телефона перескакивала с танцующей Лисеи на ошалевшего Лешего, а затем фокусировалась на каменном фейсе капитана. Корнев сидел, скрестив руки на груди, и пытался удержать нейтральное выражение лица, хотя уголки его губ предательски подрагивали. Зато его свита сидела с такими насупленными мордашками, словно им разом выдали наряды вне очереди на кухню.

Градус вечеринки стремительно пробивал потолок.

В тот момент, когда Лисея в ритме музыки сделала последнее эффектное движение и замерла с открытыми веерами, победно вздернув подбородок, нервы у взрослого контингента не выдержали.

— Я могу не хуже! — с откровенной злостью вырвалось у Тиссы, в точности повторив слова Лисеи.

Милфа выпалила это на эмоциях, поддавшись всеобщему настроению. И тут же пожалела о сказанном. Корнев удивленно повернул к ней голову. Капитан приподнял бровь, смерив бывшего лидера клана долгим, оценивающим взглядом. Эйрин и Ависса тоже уставились на нее, как на умалишенную.

Тисса поняла: слово — воробей. Которого не успели пристрелить и сожрать, чтобы не орал по чем зря. Но давать заднюю перед главой, да еще и под насмешливыми взглядами девчонок, было равносильно самоубийству во всех смыслах. Кошка гордо вскинула голову, выпятив грудь.

— Не то чтобы я не верил… — медленно, с откровенной провокацией в голосе произнес капитан, растягивая слова. — Но звучит как серьезная заявка на победу.

Тисса фыркнула, и быстрым шагом удалилась в сторону своих покоев. Ждать пришлось минут десять. Когда вторая кошка клана появилась на пороге своего дома, разговоры на площадке стихли во второй раз за вечер.

— Ого, — ехидно произнесла Эйрин, провожая ее взглядом. — А я и не знала, что наша уважаемая бывшая глава умеет танцевать с лентами.

Тисса, услышав последнюю реплику, густо покраснела, но отступать не собиралась. Задрав носик повыше, она прошла к центру площадки.

— Это просто праздник какой-то! — восхищенно выдохнул Казанова.

Если Лисея брала молодостью и дикой, необузданной энергетикой, то Тисса выкатила тяжелую артиллерию зрелости. Костюмчик, который она где-то откопала в своих бездонных сундуках, был почти копией наряда мелкой оторвы. Темно-бордовая ткань подчеркивала то, что полагалось подчеркивать, и скрывала ровно столько, чтобы оставлять простор для мужской фантазии. В руках милфа держала две широкие ленты.

Она встала в центре площадки и требовательно посмотрела на связиста.

— Тот же ритм, — коротко приказала кошка.