Книга Игра теней, страница 95 – Джек из тени, Марк Блейн

Лира сидела прямо по курсу, её здесь не было, когда я моргал в предыдущий раз. Значит, я держу не её. А кого⁈

Холодный пот прошиб меня от затылка до копчика. Медленно. Очень медленно. Почти со скрипом шейных позвонков, стараясь не делать резких движений, чтобы не спровоцировать внезапную ампутацию конечностей, я повернул голову направо.

Мои пальцы, жившие последние пару минут какой-то своей, абсолютно автономной жизнью, дрогнули. И, как назло, вместо того чтобы разжаться, рефлекторно сдавили девичье бедро еще сильнее.

— Ой! — девица справа радостно, без тени возмущения пискнула. Даже, кажется, чуть подалась навстречу. — Я тоже безумно рада нашему знакомству, ваша светлость.

Голос. Тембр почти идентичный, но интонации другие — более звонкие, молодые, без той фирменной лисьей хрипотцы, от которой у меня обычно по спине бегут мурашки.

Я скосил глаза налево. Там сидела еще одна. Точная копия первой, только волосы чуть короче, а на губах блуждает такая откровенно шкодливая улыбка, что сразу понятно — эта конкретная особь здесь не ради процесса наведения суеты. Сестры. Мать вашу, это ее сестры! Близняшки? Двойняшки? Да какая, к черту, разница!

Судорожно, словно обжегшись о раскаленный металл, я разжал руки. Пальцы одеревенели. Отдернул их так резко, что едва не снес локтем недопитый стакан.

А прямо по курсу, облокотившись о столешницу, все так же сидела настоящая Лира. И ее взгляд в этот момент можно было использовать вместо лазерного резака. Прожжет танковую броню и даже не задымится. Голубые глаза сузились, сканируя меня насквозь. В них не было ревности в классическом, бабском понимании. Там была холодная, расчетливая оценка моей вменяемости с примесью обещания устроить мне веселую жизнь, как только мы останемся наедине.

Надо валить…!

Мысль сформировалась кристально четко. Встать, развернуться на сто восемьдесят градусов, небрежно бросить что-то вроде «прошу простить, неотложные дела государственного масштаба», и свалить в закат. Забиться в самую глубокую пещеру Синих Гор, питаться мхом, собирать дождевую воду и никогда, ни при каких обстоятельствах не связываться с многохвостыми женщинами.

План был безупречен. С точки зрения тактики. С точки зрения физиологии он провалился на этапе согласования.

Я послал импульс в ноги. Ноги ответили глухим молчанием, словно связь перебило артиллерийским снарядом. Вестибулярный аппарат, эта капризная сволочь, который еще недавно позволяла мне бегать в полной выкладке, сейчас наотрез отказывался сотрудничать. Гироскоп сбился наглухо. Стоило мне только дернуть плечами, пытаясь оторвать задницу от кресла, как зал перед глазами ощутимо накренился градусов на тридцать влево.

И тут всплыла вторая проблема. Даже если я чудом встану и не рухну мордой в салат, мне придется как-то выбираться из-за стола. А для этого надо было буквально в притирку пройти мимо одной из этих юных, благоухающих чем-то цветочно-порочным особ. С учетом выдающихся форм каждой из сестренок — а природа на них явно не отдохнула, скорее, работала сверхурочно в три смены — протискивание превратилось бы в откровенный контакт третьей степени.

Это было череповато (Да да! Именно так, мозги-то почти вытекли, оставив только кость). Пипец как! Мозги, изрядно расплавленные сорокалетней гномьей дурью в жидком виде, еще сохранили остатки инстинкта самосохранения. Шаг влево, шаг вправо — и старый хрен, который сейчас довольно жмурился, тиская танцовщиц, тут же кинется на меня, потрясая брачным контрактом. Потребует взять ответственность прямо здесь, не отходя от недоеденного фазана. У них тут, походу, гаремные традиции впитываются с молоком матери.