Книга Степные ястребы, страница 114 – Джек из тени, Марк Блейн

Хмыкнув, продолжил читать…

Второе: на всех моих землях, включая и те, что уже были пожалованы мне в герцогстве, на ближайшие пять лет отменяются все налоги в казну. Третье, и самое главное… Герцог Ульрих официально объявлял Элизабет своей единственной наследницей, а всех остальных своих детей, включая старших сыновей, лишал права престолонаследия.

Я несколько раз перечитал последнюю строчку, не веря своим глазам.

— Он сошёл с ума, — пробормотал я. — Это же гражданская война! Его сыновья, да и остальные аристократы его просто сожрут.

— Не сожрут, — спокойно ответила Элизабет. — Не теперь. После того, как ты вырезал всю оппозицию в столице, а их покровителей из числа тёмных, да-да, мы нашли переписку, вырезал в твоём же замке, все поняли, кто здесь реальная сила. Отец не сошёл с ума, он просто сделал единственно верный выход. Отныне ты не просто его вассал, ты его цепной пёс, его гарантия того, что его задница останется на троне до самой смерти. А после… — Элизабет нехорошо усмехнулась, — после править буду я. А значит, и ты, мой дорогой супруг.

Я посмотрел на неё, потом на указ, потом на раскинувшийся внизу город беженцев. Цепной пёс… Звучало унизительно, но, по сути, было правдой. Старый волчара Ульрих, почувствовав, что его собственная стая готова вцепиться ему в глотку, нашёл для них нового вожака, волка со стальными зубами и паровым двигателем вместо сердца.

— Народ в восторге, — добавила Элизабет, как бы между прочим. — Слухи о победе и о том, что герцог полностью тебя поддерживает, разнеслись по всему герцогству. Теперь ты для них не просто чужак-барон, а народный герой и спаситель, причём теперь без каких-либо вариантов, вроде шепотков в тавернах и обличительных молебнов. Это сильно бьёт по позициям твоих… наших политических оппонентов.

Народный герой, ещё один титул, который мне на хрен не сдался. Я видел, как легко любовь толпы сменяется ненавистью. Сегодня они кричат «осанна», а завтра «распни его».

— А что твои братья? — спросил я. — Сидят тихо?

— Тихо, как мыши под веником, — её голос стал холодным. — Затаились. Ждут, когда ты оступишься, хотя это фактически невозможно. Так что больше уповают на твою смерть в бою. Но пока ты жив и пока за тобой стоит армия, как твой легион, что тебя боготворит, что гвардия отца, они не рыпнутся.

Я снова посмотрел на лагерь. Десятки тысяч людей, которые теперь зависели от меня, и это только те, что в ближайшей округе. Моя армия, земли. Моя промышленность, которая уже начинала гудеть в подземных цехах Кхарн-Дума. Паровые баржи, гружённые рудой и углём, уже шли по подземной реке. Брунгильда и Скритч наладили логистику с шикарной эффективностью. Гномы расширяли производство, готовясь к массовому выпуску новых винтовок и артиллерии. Пять малых фортов, которые я приказал заложить вокруг Каменного Круга, уже обретали свои очертания.

Всё это было моим, и я был единственным, кто стоял между ней и хаосом. Старый герцог это прекрасно понимал, как и Элизабет.

Я сложил указ и сунул его в карман.

— Ладно, раз уж я теперь почти правитель, пора заняться делами. Собирай командиров, требуется обсудить зачистку степи. Я не хочу, чтобы у меня в тылу разгуливали недобитые остроухие.

Элизабет кивнула, но, прежде чем спуститься по лестнице, подошла ко мне и медленно поцеловала меня в губы.