Книга Воздушная кавалерия. Том 3, страница 56 – Джек из тени

— Я займусь им! — я шагнул в комнату, активируя Консоль на полную.

Мир перед моими глазами изменился. Потоки энергии, линии силы, которыми он управлял. Алиса в реальном времени выводила на мой тактический дисплей траектории его атак, подсвечивала слабые места в его энергетическом поле.

Кинетик, высокий, жилистый мужчина со шрамом на лице, видя, что я иду на него один, усмехнулся. Он был уверен в своей силе, поднял обе руки, и все, что было в комнате металлического, куски арматуры, обломки стола, даже гильзы на полу, всё поднялось в воздух, превращаясь в смертоносный, вращающийся рой.

— Конец тебе, щенок, — прошипел он.

— Алиса, противодействие! — мысленно скомандовал я.

Я выставил вперед руку, из моих пальцев вырвался невидимый импульс нанитов. И весь металлический мусор, который Кинетик собирался обрушить на меня, замер в воздухе, а затем, изменив траекторию, с огромной скоростью устремился обратно в него.

Его глаза расширились от изумления. Дельта успел выставить перед собой барьер, и град металла с оглушительным скрежетом врезался в невидимую преграду. Щит выдержал, но покрылся рябью, а сам Кинетик пошатнулся от напряжения. Не дав ему передышки, пока он был занят обороной, я уже был рядом. Мой бой был не в силе, а в скорости и точности. Я видел бреши в его защите, мгновения, когда он перераспределял энергию. Мой кулак, окутанный едва заметной дымкой нанитов, нанес короткий, точный удар по его руке, державшей щит. Дельта взвыл от боли, щит на мгновение моргнул, этого было достаточно.

Ныряю под его руку и наношу серию быстрых ударов по уязвимым точкам, которые подсвечивала мне Алиса: солнечное сплетение, шея, висок. Каждый из них сопровождался микро-выбросом нанитов, которые, проникая сквозь его защиту, нарушали его структуру, внося хаос в его управление Пылью. Он чувствовал, как сила утекает из него, как собственное тело перестает его слушаться.

Кинетик попытался оттолкнуть меня, но движения стали медленными, вялыми. Последний удар коленом в подбородок, и он рухнул на пол, без сознания, как мешок с картошкой.

Бой был окончен, все заняло не более десяти секунд. В комнате стояла тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием моих бойцов и стоном того, кого привалило шкафом.

— Командир! Филин! — крикнул Ломов, указывая на угол комнаты.

Я обернулся, там, где должен был сидеть наш «клиент», зияла дыра в стене, замаскированный досками и старыми обоями проход, который мы не заметили. Он сбежал!

— Черт! — я бросился к проходу, надеясь перехватить его.

Но в этот момент мой коммуникатор ожил.

— Командир, говорит Ворон. — В его голосе не было тревоги, только спокойная констатация факта. — У нас гости.

Сердце рухнуло куда-то в район пяток. «Гости»… В нашей ситуации это слово могло означать только одно, полный и окончательный провал. Полиция, жандармы, или, что еще хуже, подкрепление этих самых контрабандистов, вызванное Филином.

— Ворон, докладывай! Что за гости⁈ — рявкнул я в коммуникатор, одновременно давая знак Матвееву и Ломову проверить, что с парнем под шкафом.

— Спокойно, командир, — голос Ворона был на удивление невозмутимым, в нем даже слышались нотки веселья. — Гость у нас один. Маленький, пугливый, похож на птичку. Кажется, это ваша «птичка».

Я на секунду замер, переваривая услышанное.