Книга Воздушная кавалерия. Том 6, страница 123 – Джек из тени

Я провалился в глубокий, чёрный сон без сновидений. А рядом, в полумраке комнаты, ещё долго сидели две девушки. Одна, живая и тёплая, держала меня за руку, а другая, сотканная из света, сидела на краю кровати, положив свою призрачную голову ей на плечо. Они молча смотрели на меня, охраняя мой покой.

* * *

Утро началось с ощущения тотальной дезориентации. Я открыл глаза и несколько секунд не мог понять, где я и что происходит. В голове была абсолютная, блаженная пустота. Ни мыслей о верфи, ни планов лекций, ни списков гостей. Только тишина и покой. Снотворное Елены оказалось на удивление эффективным.

Но идиллия длилась недолго. Дверь в спальню распахнулась, и в комнату ураганом ворвалась моя «группа поддержки»: Грушин, Матвеев и ещё несколько парней из числа бывших курсантов, которых я перетянул к себе на верфь.

— Подъём, ваше благородие! — зычно скомандовал Грушин, сдёргивая с меня одеяло. — Невеста ждёт!

Я сел на кровати, пытаясь проморгаться. Выглядел, судя по отражению в зеркале, неважно. Но чувствовал себя на удивление отдохнувшим.

— Дайте человеку хоть кофе выпить, ироды, — проворчал, направляясь в ванную.

Через полчаса я уже сидел в гостиной, а вокруг меня творился настоящий балаган. Парни, решив, что моя нервозность требует немедленного вмешательства, принялись меня «успокаивать». Метод они выбрали своеобразный. Каждый начал вспоминать самые провальные свадьбы, на которых кому-то доводилось бывать.

— А я вот помню, у нас в деревне Ванька-тракторист женился, — начал Матвеев, разливая по стаканам что-то подозрительно пахнущее. — Так они с тестем так наклюкались ещё до церемонии, что перепутали невесту с её младшей сестрой. Скандал был! Дрались потом три деревни на две.

— Это что! — подхватил Грушин. — У меня двоюродный брат, когда женился, у них голубь, которого они выпускали, нагадил прямо на фату невесте. Она в слёзы, свадьба под угрозой срыва. Еле отмыли потом.

Череда этих баек, одна другой оптимистичнее, возымела обратный эффект. Моё утреннее спокойствие улетучивалось на глазах. Я сидел с каменным лицом и думал о том, сколько ещё потенциальных катастроф может произойти сегодня. Голубь на фате казался мне теперь самой безобидной из них. Я представил, как одна из охотниц врывается в церковь с криком «Я беременна!», или как князь Ростов в разгар торжества объявляет мне войну.

— Всё, мужики, завязывайте, — не выдержал в итоге. — А то я сейчас передумаю и сбегу в монастырь. Женский! Сторожем!

В этот самый момент в холле раздался шум, и дворецкий, откуда у нас дворецкий, доложил о прибытии моего отца. Я с облегчением выдохнул, это был единственный человек, который мог прекратить этот балаган, хотя бы на время. Я лично пошёл его встречать.

Отец, Андрей Ильич Строганов, выглядел внушительно. На нём был новенький, с иголочки, парадный мундир унтер-офицера военно-морского флота, который я заказал для него у лучших портных. Мундир сидел на его могучей фигуре как влитой, а начищенные до блеска награды за былые заслуги внушали уважение. Он сгрёб меня в свои медвежьи объятия так, что у меня хрустнули кости.

— Ну, здравствуй, сын! Барон! — он отстранился и с гордостью оглядел меня. — Смотрю, волнуешься?

— Есть немного, батя, — честно признался.

— Это правильно, — он хлопнул меня по плечу своей огромной ручищей. — Не боись, Кирилл, бояться будешь позже, когда жить будете вместе. Когда она тебе скажет: «Милый, а давай переставим вот этот шкаф». А шкаф весит полтонны и сделан из цельного дуба. Вот тогда и начнётся настоящая жизнь.