Книга Воздушная кавалерия. Том 7, страница 103 – Джек из тени

Я понимающе кивнул. Теперь эта странная преданность Воронцова общему делу с Ростовым и наоборот становилась понятной. Это был долг чести.

— А потом что? — спросил я. — Дед вернулся?

Наталья подняла на меня глаза, и в них горел мстительный огонь.

— А потом, — с ненавистью в голосе произнесла княжна, — спустя семь месяцев ада, дед вернулся. Он все еще ходил с трудом, опираясь на трость, но это был уже не беспомощный паралитик. Это был все тот же старый, злой волк, который выжил, и который пришел мстить. Патриарх собрал всех, кто остался верен роду, всю нашу гвардию, которая почти год терпела унижения и ждала своего часа, призвал вассалов. И спустил эту голодную, озлобленную свору с поводка.

Слова Натальи о «голодной своре» повисли в воздухе моего кабинета, пропитанные запахом застарелой крови. Я смотрел на нее и видел уже не испуганную курсантку, а наследницу древнего рода, которая с мрачным удовлетворением рассказывала о возмездии.

— За один месяц четыре крупных, влиятельных рода, которые, по данным нашей разведки, были так или иначе причастны к нашему развалу, просто канули в Лету, — уже совершенно спокойно, почти буднично сказала Наталья. — Их не вызывали на дуэли, не пытались выдумать «casus belli», повод для войны. Просто в одним солнечным утром патриарх подал прошение и его буквально за пару часов подтвердили.

Она откинулась на спинку кресла, ее пальцы, до этого нервно теребившие юбку, теперь были спокойно сложены на коленях.

— Гвардия Ростовых прошлась по поместьям огнем и мечом. Финансовые активы были обрушены через биржевые махинации. За месяц от четырех некогда могущественных фамилий не осталось и следа. Официально эти события, конечно, не афишировали, но весь столичный бомонд был в шоке. Все поняли, что старый волк не просто вернулся, он вернулся голодным и очень злым.

Княжна сделала паузу, давая мне осознать масштаб бойни.

— Все имущество, все, что можно было продать, пустили с молотка. Мы вернули долги Воронцовым, восстановили часть наших активов. А потом дед на первом же большом приеме в Зимнем дворце, опираясь на свою трость, подошел к военному министру и громко, чтобы слышали все вокруг, объявил, что род Ростовых, оправившись от трагедии, с новыми силами возобновляет исследования в области связи и радиоэлектронной борьбы.

Наталья усмехнулась.

— Это был тонкий намек нашим тайным противникам. Сигнал о том, что род не сломлен, не напуган и готов ко второму раунду. Что мы ждем следующий ход. Но… больше желающих пощупать нас почему-то не нашлось. Наступила тишина. На долгие пятнадцать лет. До сегодняшнего дня.

Наталья замолчала. Страшная, кровавая история о выживании и мести. Я сидел, переваривая услышанное. Масштаб жестокости и цинизма этого мира в очередной раз поражал.

— Ты думаешь, за мной придут точно так же? — наконец, спросил я, возвращая ее и себя в настоящее.

Наталья посмотрела на меня, и во взгляде снова появилась та тревога, с которой начался наш разговор. Она медленно поднялась с кресла и подошла ко мне. Неловко, словно не зная, что делать, она опустилась на подлокотник моего кресла и положила свою руку мне на плечо. Ее прикосновение было легким, почти невесомым, но я почувствовал, как она дрожит.

Я напрягся, лихорадочно соображая, как отодвинуть барышню от себя, не обидев. Ситуация становилась все более двусмысленной. Признание в симпатии, слезы, теперь вот эта опасная близость… Я был женат, и хотя Елена, казалось, приняла правила игры, появление ее главной «соперницы» в моем кабинете в такой позе могло вызвать очень нежелательные последствия.