Книга Воздушная кавалерия. Том 8, страница 63 – Джек из тени

Лицо лже-поручика исказилось от ярости. Легенда, такая безупречная, такая продуманная, рухнула в один миг.

— Огонь! — выкрикнул «лейтенант».

И в ту же секунду его гвардейцы перестали быть гвардейцами. Они превратились в слаженный, смертоносный механизм. Двое, стоявших впереди, не целясь, вскинули свои автоматы и дали по воротам две короткие, точные очереди. Охранник, который только начал открывать ворота, рухнул на брусчатку с развороченной грудью. Яхонтов, чудом успев отскочить, выхватил свой старый, верный револьвер.

Но было уже поздно. Диверсанты, действуя с нечеловеческой скоростью, ворвались в приоткрытые ворота. Автоматы, издавая незнакомый металлический лязг, выплевывали смерть. Охрана князя, застигнутая врасплох, падала один за другим, не успевая даже использовать винтовки. Яхонтов успел выстрелить дважды, целясь в грудь лже-лейтенанта, но пули лишь высекли снопы искр из его брони. А затем острая, обжигающая боль пронзила плечо, и он, выронив револьвер, упал на холодную брусчатку.

Диверсанты уже почти прорвались, бронеавтомобиль, ревя мотором, уже въезжал во двор. Еще несколько секунд, и они были бы внутри особняка…

Из темноты переулков, с двух сторон, беззвучно, как тени, выросли другие фигуры. Угольно-черные, закованные в матовую, поглощающую свет броню. Бойцы появились из ниоткуда и сразу же открыли огонь. Две штурмовые группы, по десять человек в каждой, взяли диверсантов в классические «огненные клещи». Автоматы заговорили в унисон, и звук их выстрелов был похож на яростный треск разрываемой стальной ткани.

Лже-гвардейцы, сами будучи хорошими стрелками, оказались в аду. Пули, которые без труда прошивали полицейские бронежилеты и броню гвардейцев князя, отскакивали от черной брони или просто сминали в лучшем случае, не причиняя видимого вреда. А вот пули пришедших на выручку бойцов в черной броне, без проблем преодолевали сопротивление защиты лже-гвардейцев.

Началась короткая, но невероятно брутальная бойня. Одна группа вела огонь на подавление, прижимая диверсантов к земле, не давая им поднять головы. Вторая в это время, короткими перебежками, сокращала дистанцию, заходя с фланга.

«Лейтенант», поняв, что попал в ловушку, попытался уйти.

— Назад! К машине! — заорал он, отстреливаясь из-за угла ворот.

Но было уже поздно. Один из «черных», несший что-то похожее на короткоствольный гранатомет, сделал один-единственный выстрел. Небольшая граната, пролетев по низкой траектории, попала точно в небольшое открытое оконце в двери кабины бронеавтомобиля. Раздался негромкий, но очень мощный хлопок. Путь к отступлению был отрезан.

А дальше началось истребление, бойцы перешли на ближний бой. Они врывались в ряды ошеломленных диверсантов, работая короткими очередями в упор, добивая раненых ударами бронированных ботинок и клинками, выдвигающимися прямо из наручей. Никакой пощады, никакого плена.

Яхонтов, лежа на земле и зажимая рану, смотрел на эту сцену, и его седые волосы шевелились от ужаса. Он видел много боев. Но он никогда не видел ничего подобного. Через две минуты все было кончено. Улица перед особняком была усеяна телами в гвардейской форме. Бойцы в черном, не потеряв ни одного человека, так же бесшумно, как и появились, начали отходить, растворяясь в ночной темноте, оставляя после себя лишь запах пороха, крови и раскаленного металла.