Книга Воздушная кавалерия. Том 9, страница 16 – Джек из тени

Наш кортеж свернул на широкую аллею. Перед монументальным зданием регионального управления ИСБ, сложенным из серого гранита, уже стояла наша вторая колонна — тяжелые броневики моей личной гвардии. А у подножия широкой парадной лестницы нас встречала моя супруга.

Елена стояла, опираясь на дверцу машины. На ней был строгий деловой костюм темно-синего цвета, который, впрочем, не скрывал идеальной выправки боевого офицера. На её лице играла широкая, искренняя улыбка.

Едва я вышел из машины, она подошла и нежно поцеловала меня, совершенно не смущаясь вооруженной охраны по периметру. А затем повернулась к Илье.

— Здравствуй, Илья, — она протянула ему руку, и когда парень неуверенно пожал её, серьезно, по-матерински тепло добавила: — Мы обязательно тебе поможем. И Ольге Анатольевне тоже. Никто вас больше не тронет. Я обещаю.

Илья, до этого державшийся как кремень, вдруг шмыгнул носом. Он несмело улыбнулся и благодарно кивнул. Слова графини, тем более Воронцовой, эту фамилию знали все в Империи, оформившей опеку, значили для него сейчас больше, чем любые юридические документы.

Мы в сопровождении пятерых гвардейцев поднялись по ступеням и прошли в здание. Внутри царила атмосфера деловой, напряженной тишины. Нас ждали.

Генерал Куропаткин принял нас в своем просторном кабинете как родных. Он вышел из-за стола, крепко пожал мне руку, галантно поцеловал ручку Елене. А вот нотариус, лысоватый мужичок в очках, которого выдернули из конторы для оформления сделки, трясся так, будто мы подписывали не коммерческий договор, а его личную похоронку.

Пока он, заикаясь и обильно потея, проговаривал условия доступа к наследию графа Гончарова, а мой столичный юрист, вооруженный лупой и въедливостью стервятника, проверял за ним каждую запятую, генерал Куропаткин аккуратно отвел меня в сторону, к массивному сейфу у окна.

— На Урале появилось много новых лиц, граф, — тихо, чтобы не было слышно у стола, сказал генерал. Его пронзительные серые глаза буравили меня. — Но еще больше пропало старых. Идет серьезный, грязный передел промышленности. В особенности той части, где завязано много технологий, вытащенных из сибирских «кубов».

Я молча кивнул. Интуиция меня не подвела.

— Но все это где-то там, глубоко под ковром, — Куропаткин недовольно поморщился. — Что характерно, моих парней, работающих под прикрытием, вычисляют довольно быстро. У Седьмого управления полиции дела идут не лучше — глухари растут как на дрожжах. Кто-то очень технично зачищает следы. У них феноменальная оперативная связь и координация.

— Есть конкретные подозреваемые? — вполголоса спросил я.

— Есть еще нюанс, Кирилл Андреевич, — генерал внимательно, с какой-то тяжелой обреченностью посмотрел на меня. — Все местные разборки резко затихли на пару месяцев сразу после тех известных событий в столице. Когда вы… зачищали мусор. А потом начались снова, но уже на другом, более высоком уровне. И еще…

Он полез в карман кителя и протянул мне небольшой, матово-черный инфокристалл.

— Что это?

— Вы просили ИСБ мониторить эфир, — Куропаткин понизил голос до едва уловимого шепота. — Тот самый специфический сигнал. Тот аномальный шифр, что синхронизировал действия диверсантов и марионеток в Петербурге полгода назад… Теперь он часто пеленгуется здесь. На Урале. И его источник перемещается.