Книга Воздушная кавалерия. Том 11, страница 121 – Джек из тени

Обменявшись приветствиями со старшими дамами и кивнув Валерии, Кирилл первым делом направился прямиком к дивану. Мартина попыталась было бодро вскочить навстречу, но граф легким движением руки уперся ей в плечо, заставляя опуститься обратно на подушки.

— Сиди, герой арены, — без тени улыбки произнес он, доставая из внутреннего кармана плоский металлический предмет размером с портсигар. — Дай-ка посмотрю, что там наши коновалы вчера наработали.

Он активировал прибор, и тонкий зеленоватый луч диагностического сканера медленно пополз вдоль правого плеча, ключицы и ребер замершей девушки. Мартина сидела не дыша, чувствуя, как от близкого присутствия Строганова и легкого покалывания по коже бегут мурашки.

— Жить будешь, но на трое суток ограничить до минимума все передвижения, — резюмировал Кирилл через минуту, пряча сканер. Он положил на столик перед виконтессой два серебристых инъектора без маркировки. — Костные ткани срослись нормально, но микроразрывы и истощение после стимуляторов никуда не делись. Один укол сейчас, второй завтра утром перед завтраком. И никаких тренировок до конца месяца, иначе связки посыплются. Понятно объяснил?

— Да, Кирилл, — непривычно тихо и послушно кивнула Мартина, сжимая инъекторы в ладони.

Удовлетворенно кивнув, граф отошел от дивана, опустился в предложенное глубокое кресло напротив Инес и с благодарностью принял из рук Кармен тонкую чашечку с горячим чаем.

В этот раз Инес Эскобар не стала рубить сгоряча. Вчерашний урок на стадионе и ночные сводки из провинций выбили из нее остатки снобизма. Женщина зашла издалека, аккуратно прощупывая почву и пытаясь понять, что на самом деле творится в голове у этого человека.

— Мадрид сегодня гудит как никогда, Кирилл Андреевич, — мягко начала она, отпивая кофе. — Хотя, признаться, завершение вчерашнего вечера вышло несколько… скомканным. Публика так ждала финала в категории троек, а команда герцога Мендосы в полном составе отказалась выходить на песок. Сослались на внезапное пищевое отравление у всех бойцов сразу после того, как унесли на носилках пятерку де Альба.

Валерия за столиком тихо прыснула в кулак:

— Еще бы они не отравились. Увидеть, как русский гвардеец складывает человека пополам позвоночником внутрь— тут у кого угодно желудок прихватит.

— Меня это совершенно не смутило! — тут же подала голос с дивана ожившая Мартина, сверкнув глазами. — Не вышли — их проблемы, техническое поражение! Я вчера у распорядителей сразу оба чемпионских кубка за групповые этапы потребовала! Видели бы вы рожу старого маркиза из комитета! Он так трясся над этим золотом, будто я у него почку на живую вырезаю, полчаса какие-то бумажки перекладывал, всё отдавать не хотел!

— Но ведь отдал же, — с ленивой усмешкой заметила Кармен, покосившись на массивные золотые чаши, которые сейчас красовались на каминной полке.

— А куда бы он делся! — фыркнула виконтесса. — Когда к судейскому столу спустился лично инфант Карлос и так ласково спросил у маркиза, не жмет ли ему судейская мантия по ширине плеч… Еще минута заминки — и будет ата-та по дряблой жопке в застенках канцелярии. Да и Кирилл вдалеке у выхода стоял, глазами так выразительно сверкал из темноты, что маркиз мне эти кубки чуть ли не бегом к машине вынес!