Книга Магистр после 30, страница 42 – Яр Красногоров

Мари кивнула:

— А тут, в этой игре есть то, чего нет в реальности. Вот и очень многие люди хотят отвлечься от повседневности и побыть кем-то другим. Стать тем, кем хочешь.

— Наш мир не игра. А то, о чем ты говоришь, называется голос предков. Желание прожить жизнь так, как велит тебе сердце. Если ты не слушаешь его, то всю жизнь будешь терзаться. Не находить своего места, потому что твоё предназначение в ином.

Троица посмотрела на меня и грустно улыбнулась. Было видно, что я задел больную для всех тему.

Мари по-новому посмотрела на меня. Ей захотелось что-то сказать, но девушка запнулась и после секундной заминки произнесла:

— В любом случае в нашем мире не бывает чудес. Такое есть только в играх, книгах, фильмах. Там, где есть полёт фантазии.

Я отрицательно покачал головой:

— В жутком мире вы живете. Но, что-то мне подсказывает, что вас обманывают. Магия реальна, — я ухмыльнулся, — Если бы это было не так, то как бы вы оказались здесь, в нашем мире? И в совершенно иных телах. Ладно. Это не то, что меня сейчас действительно волнует. Мне нужно знать, чем вы, игроки, занимаетесь в грёзах похожего толка?

Клифф перестал опираться киркой на камни и закинул импровизированное оружие на плечо:

— Как что? В играх всё просто. Нужно ходить в рейды, сражаться с бандитами, данжить подземелья. Теперь мой вопрос. А как у вас обстоят дела с…

— Стоп, — оборвал я его. — Что значит данжить?

Клифф обиженно нахмурился, на то, что я его перебил, но ответил:

— Данжить, это значит заниматься исследованием, зачисткой там от монстров в поисках лута. Лут это сокровища, чтобы понятнее было.

Эмоции взяли надо мной верх.

Картина событий сложилась целиком и от этого мне стало не по себе.

Я тут же опустился до уровня красного спектра. В этом состоянии маг все ещё способен использовать заклинания, но их источником служит сильная эмоция и в расход идёт накопленная телом энергия.

Творить сложные заклинания становится невозможным, а самые простые могут обернуться катастрофой даже для самого мага.

Мой барьер дрогнул. Нити сложного заклинания порвались, и защита рухнула. Холодный ветер затрепал мой плащ.

— Вот дерьмо, — прошипел я.

Троица удивлённо смотрела на рушащийся щит и на испуг, застывший на моем лице.

— Что-то случилось? — пискнула Тани.

— Случилось, — я посмотрел на окутывающий нас туман.

Теперь мне стала ясной резкая смена погоды, и понятен порыв холодного ветра на поляне. Магический барьер, который я использовал, чтобы приглушить разговор с Нао, притупил эффект от сорванной печати. И вот почему амулет старейшины прибавил в весе.

Это были знаки.

Мой взгляд сместился на вторженцев. Теперь они не казались мне организованной угрозой. Они были куда хуже — взрослыми детьми, уверенные в своих силах и безнаказанности.

— Йар, что происходит? — требовательно спросила Мари.

Мои кулаки сжались:

— Такой же наивный дурак, как и вы, решил, что ему нужен данжить. Неужели вам не объясняли, что лезть куда не попадя, опасно? Времени почти не осталось. Бежим!

Мне пришлось приложить усилия, чтобы снова взять над собой контроль. Увы, это сложно сделать, когда понимаешь, что идиот с могущественным посохом сейчас рвётся к древним руинам, где запечатан осколок того, кто воплощает изначальный хаос.