Книга Стратег из ниоткуда. Книга 4, страница 125 – Михаил Атаманов

Когда бесславно пал командир «Злобных Черепашек», к которому пробились берсеркеры Ольхена и срубили ветерану в шлеме с рогами голову, организованное сопротивление и вовсе прекратилось. Кто-то из пикейщиков ещё сражался, некоторые даже встали кругами и пытались драться в окружении. Но большая часть пехотинцев уже бежала, побросав свои бесполезные пики и щиты. Были даже те, кто попадал на колени и закрыл головы руками, моля о пощаде.

От второго полка панцирной пехоты «Голубые Устрицы» к этому моменту и вовсе мало что осталось — лишь пропитавшаяся кровью широкая площадка с ворохом разбросанной амуниции. Так что во втором раунде большого сражения у меня получилась убедительная победа над лучшей панцирной пехотой Приграничья. Теперь оставалось лишь дождаться возвращения тяжёлой конницы графа Яго, которая уже должна была заканчивать свой спорный и долгий обходной манёвр и появиться. После чего уже окончательно оформить победу в сражении на Глинском поле — в том, что восемь сотен конников графа не смогут ничего противопоставить четырём с половиной тысячам орков, я нисколько не сомневался.

И кстати… я вызвал Куруку и посмотрел на мир глазами своего крылатого питомца, чтобы понять, куда подевалась тяжёлая конница, которой полагалось бы уже появиться.

Что??? Лишь шлейф пыли вдалеке на горизонте отмечал путь кавалерии. Граф Яго Хозяин Стекла похоже и не собирался кидать своих конников в бой, а поспешно со всех ног удирал. Причём двигался его отряд вовсе не к городу Болток, как можно было бы предположить, а по направлению куда-то на север. Мой оппонент бросил и свою обречённую столицу, и свою разбитую уже пехоту, которой отводилась лишь роль приманки, должной на время отвлечь меня и удержать от преследования. Признаться, я не понимал действий графа, и это меня серьёзно тревожило.

Так или иначе, сражение на Глинском поле пора было заканчивать. Но при этом хорошо было бы получить не только потери, но и какие-то приобретения для моей показавшей себя с самой лучшей стороны армии.

— Внимание всем моим оркам и оркам Красного Полоза!!! — прокричал я в берестяной рупор на орочьем языке. Мой голос несколько раз отразился эхом от двух холмов, и от неожиданности все замерли, звуки боя моментально стихли. — Все дружно прекращаем сражаться и отходим на пятьдесят шагов назад! Мне нужны храбрые бойцы в армию, так что попробую договориться с теми врагами, кто не сбежал и не бросил оружие.

Я повторил примерно те же слова на языке людей, чтобы остатки панцирной пехоты меня поняли, и бой не возобновился с новой силой. По моим оценкам, в живых и с оружием в руках оставалось порядка двух с половиной сотен людей. Неплохой бонус, который жаль было упускать.

Тех же, кто униженно пал на колени, я велел связывать и тащить в ямы. Они не бойцы, и такие мне были без надобности, вот только и отпускать их было неправильно и опасно. А потому я объявил во всеуслышанье, что их дальнейшую судьбу решат небесные сёстры Живица и Морана. Мы останемся на Глинском поле и будем заниматься ранеными, разбором трофеев и погребением павших врагов. И при этом до заката будем ждать какого-нибудь божественного знака. Если же никаких знамений не будет, значит жалкие трусы богиням противны, как и нам. И тогда все малодушные будут сожжены на большом погребальном костре, на котором вечером мы проводим в последний путь наших павших товарищей!