Книга Стратег из ниоткуда. Книга 2, страница 48 – Михаил Атаманов

Конечно, я откровенно врал, бессовестно пользуясь тем, что язык орков людям был незнаком. Но на эту ложь имелись веские причины. В процессе ночной беседы с важными пленниками я постоянно ловил себя на мысли, что эта парочка очень и очень непростая, особенно жрица. Она постоянно меня прощупывала, пытаясь вызнать прошлое попавшего к оркам человека, а также про моё отношение к богам, особенно Живице и Моране. Рыцарь же не оставлял попыток узнать точную численность орков на моей стороне. По-видимому, для него это было очень важно.

В принципе, сира Уолтера я понимал. Одно дело, если те шестьдесят пять орков, которых он видел своими собственными глазами, это все находящиеся у племени Жёлтой Рыбы силы. Тогда считаться со мной он не собирался и вскоре после освобождения провёл бы карательный рейд вместе с людьми барона Рюхена Траго, желая наказать зарвавшихся орков, вернуть конфискованные товары и силой освободить всех людей, согласившихся работать на меня. Вот только совсем другое, если к этим шести десяткам орков в любой момент могли добавиться ещё несколько сотен свирепых диких бойцов. Тогда сир Уолтер уже не был уверен в быстрой и лёгкой победе, да и вообще победе, готов был простить изъятие телег со всеми грузами и вести себя с таким могучим соседом мирно.

Но не только это я понял из разговора. В беседе не раз проскальзывали фразы преподобной матери, что орков люди готовы терпеть, но только до тех пор, пока те разобщены, не представляют серьёзной угрозы и тратят все силы на междоусобную борьбу, а заодно сдерживание обитающих глубже в пустых землях более кровожадных и опасных существ вроде минотавров, циклопов или горных великанов. Но вот если однажды у орков появится сильный вождь, который захочет объединить разрозненные племена… Преподобная мать Ванда считала, что в таком случае угрозу нужно будет устранять превентивно, пока не стало слишком поздно. Я старательно поддакивал, про себя же думая, что серьёзной ошибкой будет признаваться, что моя цель как раз и заключается в объединении орков под своим началом в единую грозную силу, с которой соседи вынуждены будут считаться.

Также я мысленно ругал себя за то, что поспешил признаваться опасным собеседникам в том, что являюсь вождём племени Жёлтой Рыбы и принимаю решения самостоятельно. Гораздо спокойнее и безопаснее была бы позиция, что я всего лишь командир небольшого отряда, что-то вроде полусотника, и отвечаю за военные рейды и набеги племени на соседей, но все действительно важные решения принимает оставшийся в поселении мудрый и могучий вождь-орк. В таком случае особого интереса моя личность бы не вызвала, и уж точно меня бы не посчитали возмутителем спокойствия и угрозой, которую нужно «превентивно устранять».

* * *

— Тьфу ты, напугал. И это всё? Костолом, тебе нужно научиться нормально считать, чтобы не вводить вождя в заблуждение!

Посетили наш лагерь примерно четыре десятка орков, разбившихся на две неравные группы, стоящие раздельно. В одной группе имелось не более дюжины клыкастых орков, и вели они себя достаточно скромно. Во второй же порядка двадцати шести — двадцати восьми бойцов, которые орали во всё горло, грозно сотрясали оружием, а ещё в этой толпе за высокими воинами периодически мелькала шапка шамана.