Книга Печать пожирателя 8, страница 19 – Илья Соломенный

— Они пойдут туда, куда мы решим, профессор. И говоря мы, я имею в виду себя — и князя Салтыкова. Быть может — Императора, если ему будет интересно, чем мы занимаемся.

Астарцев правильно понял мой намёк, и на этот раз принялся пересобирать куски магического кода молча.

Я же только вздохнул.

Используя собранные с Салтыкова данные, я накопил изрядную статистику, наблюдения и идеи относительно его дальнейшего «вызволения». Накидал несколько вариантов развития — и вуаля, одна из схем оказалась рабочей.

Она позволяла сохранять комплексную энергоматрицу человека — искру, энергополе, память, навыки — всё. Само собой, каркас матрицы был построен на основе моих знаний о магии пожирания — но всё исключительно из «разрешённой» магии.

Правда, больше пятнадцати процентов «личности» скопировать пока не получалось — но только что я объяснил Астарцеву, в каком направлении двигаться.

Используя ресурсы корпорации, я мог не сомневаться, что через пару дней и сотню тестов группа учёных и магов отыщет верное направление — и будет долбить его, пока не получит то, что мне нужно.

Ну а я…

Тесты на людях мы проводили с самого начала — но не с копированием личности, разумеется. И сейчас тоже нельзя было открывать, что я со всеми этими разработками делаю на самом деле.

Так что просто взять кого-то из лаборатории было нельзя.

Однако у меня было два кандидата, которые вот уже больше полугода спали в криокапсулах, и сейчас находились в моём пространственном тайнике.

Как только будет готова схема матрицы для «глубокого сканирования», я воспользуюсь ей — и попробую перенести сознание Авроры в специально выращенной для этой цели клона.

Он уже подготавливался на «фабрике» Салтыкова.

Иногда меня колола совесть — от того, что я отправил этих двух в бесконечный сон, и тестировал на них свои разработки. А потом вспоминал, как они чуть не убили нас с братьями — и тут же переставал жалеть Каселёвых.

Ничего, отработают свои грешки хотя бы так. А потом… Может и выпущу их на волю.

Внезапно Искру изнутри будто что-то защекотало.

Я замер, ощущая течение незаметных потоков, коснулся одного, второго… и третьего!

Да! Да, мать его!

Все три части эфирного заклинания собрались!

А это значит — что Туманоликий забрал в Бурятии перчатку, и прямо сейчас вместе с ней оказался у зеркала.

Дерьмо космочервей…

Я прямо сейчас могу создать астрального двойника и хорошенько обследовать поместье Юсупова!

И будь я проклят, если не сделаю этого!

Покинув лаборатории, я прошёл все проверки и поднялся на пятидесятый уровень башни «Москва». Поздоровавшись с секретаршей, распечатал магическую защиту на своём кабинете, и закрылся в нём.

За окном мерцали огни столицы. Бросив короткий взгляд за стекло, я приглушил освещение, сел за рабочий стол — и закрыл глаза.

А затем, коснувшись эфирного плетения в Искре, начал вытягивать себя по нему наружу — как старую нитку из рукава.

В груди потянуло холодом в груди — и между рёбер будто вонзился ледяной штырь! Тело стало ватным, невесомым, кожа превратилась в воду, а мышцы — в воздух. Дыхание исчезло. Сердце отстукивало где-то в затылке.

Кабинет растворился.

А в следующий миг я стоял рядом с Юсуповым.

Видимо, это его загородный особняк. Мы находились в зале — просторном, светлом, с каменными стенами, увешанными портретами предков, современной техникой вдоль стен и панорамными окнами во всю восточную стену.