Книга Печать Пожирателя 4, страница 26 – Илья Соломенный

Никитин поперхнулся заготовленной фразой, и на этот раз посмотрел на меня с неподдельным интересом.

— Что тут происходит⁈ — повторил майор, — Никитин, объяснись!

Тот раскрыл было рот, но я его опередил.

— Ваши люди остановили меня на выходе из вокзала., Ознакомили с ориентировкой, под которую я якобы подхожу, и привели сюда. Никаких обвинений, никаких понятых, права мне никто не зачитал. Затем они заперли меня в допросной, и господин Никитин попросил осмотреть мои вещи в поисках запрещённых артефактов. Я пошёл ему навстречу и разрешил изучить мой багаж — безо всякого разрешения на обыск, прошу заметить! Затем он запер меня и исчез.

Майор побагровел и повернулся к следователю:

— Андрей, это что за самоуправство⁈

— Он…

— Господин Апостолов, — перебил его я.

— Господин Апостолов отказался предоставлять содержимое своих карманов, и…

— Приказы, — сквозь зубы процедил я, — Приказы о задержании и обыске. Где они?

Следователь замолчал, а майор закатил глаза и повернулся ко мне.

— Господин Апостолов, я от лица нашего управления приношу вам свои извинения, Возникло недоразумение… Не смею вас больше задерживать.

— Благодарю, — коротко кивнул я, и направился к выходу.

За спиной раздалась отборная брань, когда майор принялся отчитывать Никитина.

Связь появилась сразу, как только я вышел из отделения полиции. Я тут же позвонил Илоне — но даже после десятого гудка она не взяла трубку.

Дерьмо!

Я написал ей несколько сообщений, вызвал такси и велел гнать к отелю как можно скорее, параллельно пытаясь дозвониться до подруги снова и снова.

Безрезультатно.

Проклятье! Ну Никитин… Ну держись, сволочь… Я вернусь в ваш клоповник, и вытрясу из тебя душу, если с Илоной что-то случилось!

Через окно мобиля я смотрел за пролетающими мимо старинными зданиями, с фасадами, украшенными резьбой и лепниной. Мимо них фланировали толпы людей в разноцветной одежде.

Мы проехали мимо Казанского собора с его величественными колоннами и стеклянным куполом магазина Зингера напротив, отражающим солнечные лучи. Затем свернули к Исакию, чуть дальше высился Синод, строгий и монументальный. За окном мелькали яркие вывески кафе, манящие ароматами свежей выпечки и кофе — но всё это я отмечал машинально, думая лишь об Илоне, и чувствуя, как внутри меня нарастает беспокойство.

Таксист остановился прямо напротив входа в роскошный «Дворец Петра», и я рывком выскочил из мобиля, едва не сбив проходящих мимо людей.

— Осторожнее, придурок! — донеслось мне вслед — но я уже толкнул стеклянные двери и вбежал в роскошный холл отеля.

Позолоченные элементы интерьера сверкали в свете массивных люстр, а мраморный пол отражал каждое движение посетителей. Я бросил быстрый взгляд на ресепшен и рванул к нему.

— Добрый день, господин… — улыбнулся мне холёный служащий, молодой человек с зализанными назад волосами в форме отеля.

— Апостолов, — выдохнул я, — Вот мой паспорт! Номер забронирован на Илону Кофееву. Она здесь?

— Прибыла около часа назад, — кивнул удивлённый администратор.

— Ключ от номера, быстро!

— Но…

— Ключ! — рявкнул я, схватив его за ворот рубашки.

Видимо, что-то промелькнуло в моих глазах, потому что парень тут же заелозил рукой под стойкой, и трясущимися пальцами передал мне пластиковую карточку.

— В-вот… К-комната т-триста т-тринадцать…