Книга Время, вперед!, страница 134 – Артём Март

Ковалёв замер.

— Воронов? Особист? — удивился он.

— Езжай.

Ковалёв сглотнул. Потом медленно положил руки на руль. Решившись наконец, он потянулся за рычагом переключения передач и хрустнул им. Тронулся.

Очень скоро они выбрались на широкую пограничную тропу. Поехали вдоль КСП. Теперь Ковалёв даже не пытался что-либо спрашивать. А ещё — дал себе зарок ничему не удивляться. Наверное… Наверное, Селихов был прав, сказав, что лучше уж видеть всё собственными глазами.

Ковалёв вдруг поймал себя на мысли, что после слов о доверии угрюмое молчание Селихова его больше не раздражает. Это было странно. Странно, потому что раньше раздражало почти всегда.

— Останови здесь, — проговорил Селихов, когда свет фар их Шишиги вылепил из темноты силуэт… армейского УАЗика.

Машина, заехавшая на их участок, видимо, со смежного участка соседней заставы, стояла на берегу посреди пограничной тропы с выключенными фарами.

Ковалёв остановил машину.

Тогда Селихов сказал:

— Выходи.

Они выбрались из кабины, захлопали дверьми. Ковалёв сразу заметил, что Селихов взял подсумок с собой и решительно направился к уазику. Помешкав пару мгновений, Ковалёв направился следом.

Когда они приблизились, в кабине уазика тоже началось какое-то движение. А потом наружу выбрались двое. Света было мало, фары Шишиги не горели, и Ковалёв прищурился. А потом увидел, что им навстречу вышли двое мужчин.

И оба они были одеты в афганскую одежду.

* * *

Несколько дней спустя

Рынок в кишлаке Комар просыпался рано.

Ашур пришёл, когда солнце только поднялось над горами, но здесь уже было людно, и оттого пыль стояла в воздухе столбом.

Пахло бараниной, дымом и пряностями. Торговцы раскладывали товар, покрикивали друг на друга и звали покупателей.

Ашур прошёл через толпу. Никто не обращал на него никакого внимания. Кому нужен обычный, бедно одетый пастух. Да ещё и калека. Таких здесь много. Всё же война ещё продолжалась, хоть и подходила к концу.

В общем и целом Ашур ничем не выделялся среди окружающих. Он это знал, и это его устраивало.

Он прошёл мимо лавок с тканью, потом мимо посуды и мяса. Мимо толпившихся у прилавков людей.

Лавка Сардара стояла в дальнем конце рынка. Сардар сидел на ковре за прилавком из старого дерева. Это был пожилой пуштун с короткой аккуратной бородой. Седой, он носил чалму из старой, но чистой ткани и поглядывал на всех своими хитроватыми, быстро бегающими глазами. Он торговал всяким — специями, коврами, одеждой. Иногда — оружием.

Ашур подошёл к нему. Сардар поднял голову. Узнал его и кивнул.

— Мир тебе, Ашур. Давно тебя не было.

— Мир тебе, Сардар, — ответил Ашур. — Дела, ты же знаешь? У Мухамада много коров. И он хочет, чтобы я хорошо их пас.

Сардар многозначительно посмотрел на него. Тогда Ашур достал мешочек из-за пазухи. Развязал его и высыпал содержимое на ладонь. Это была горсть старых, потёртых золотых монет. Несколько — с профилем. Английские соверены. Ещё пара — русские империалы с двуглавым орлом. Это было всё, что осталось у Ашура от его богатого некогда наследства.

Война оставила Ашуру только это. А всё остальное: древний родовой сад, уважаемое дворянское имя, богатство, уважение и власть, даже руку — просто отобрала.

Торговец Сардар взял одну. Поднёс к свету. Внимательно, критически осмотрел. Попробовал на зуб. Кивнул.